Аннотация
Статья является завершением очерка о представленности русинской проблематики в общественном дискурсе Беларуси 1990-х гг. Наибольший интерес к русинскому вопросу демонстрировала пророссийская партия Славянский Собор «Белая Русь», что связано с желанием ее активистов использовать русинский фактор для конструирования негативного образа властных элит постсоветских государств путем обвинения тех в дискриминационной национально-культурной политике.
______________________________________________________________
В газете «Збудінне» («Пробуждение»), которая являлась изданием крупнейшей институции западнополесского движения – Общественно-культурного объединения «Полісьсе» («Полесье»), русинский вопрос не освещался, хотя регулярно публиковались материалы о других «малых народах» (алеуты, гагаузы и др.). При этом определенный интерес к русинской тематике у читателей газеты «Збудінне» присутствовал. В одном из номеров издания (октябрь 1992 г.) было опубликовано письмо читателя, который сообщал о своем интересе к «идее возрождения малых славянских народов – будь то западные полешуки в Республике Беларусь или русины на Украине». Вполне резонным выглядело следующее предложение читателя: «Было бы неплохо, на мой взгляд, печатать статьи о положении этих народов, попытаться проследить общие тенденции развития ситуации и взаимоотношений с окружающими “большими” народами, сравнить государственную политику в отношении “малых” этносов, возможно, в историческом аспекте» [1, с. 2]. Данный призыв, однако, не был услышан редакцией издания. Возможная причина этого кроется в особенностях формирования собственного исторического нарратива активистами западнополесского движения. Если во второй половине 1980-х гг. они утверждали, что автохтонные жители региона являются прямыми потомками ятвягов (балтское племя, ассимилированное славянами к XIII в.), то с начала 1990-х гг. получила распространение более реалистичная тенденция рассматривать явтягов как один из компонентов населения края, признавая очевидную славянскую составляющую этнической группы [2, л. 333–334]. Более того, некоторые идеологи движения объявляли полешуков четвертным восточнославянским этносом наравне с русскими, украинцами и белорусами. Данное утверждение, в частности, содержалось в письме Общественно-культурного объединения «Полісьсе», направленном председателю Верховного Совета БССР Н.И. Дементею и Комиссии по национальной политике и межнациональным отношениям Верховного Совета (1991 г.) [3, с. 133]. Вероятнее всего, активисты западнополесского движения не хотели широко информировать общественность о русинах, которые также претендовали на статус отдельного восточнославянского народа.
Газета «Збудінне». Фото автора.
В октябре 1992 г. в республиканской газете «Звязда» («Звезда») была опубликована заметка «Русины без Руси». Статья вышла в рубрике «Сумежжа» («Пограничье»), которую вел корреспондент газеты и активист западнополесского движения В.Ф. Калиновский, и представляла собой единственный полноценный материал на русинскую тематику в центральной белорусской прессе. Автор статьи В. Габуда отметил, что в деятельности «Общества подкарпатских русинов» имелось много общих черт с Общественно-культурным объединением «Полісьсе»: «Они (русины – О.К.) также выработали свой письменный диалектный язык, наладили на нем выпуск газет». Особо подчеркивалось, что «национально ориентированные» представители интеллигенции вменяли в вину активистам русинского движения (на Украине) и западнополесского движения (в Беларуси) «прокоммунистичность» [4, с. 2]. Действительно, аргументация противников русинского и западнополесского движений была практически идентичной. Непримиримыми противниками русинского движения на Украине выступили некоторые историки, политологи, филологи из Ужгорода (О.В. Мишанич, П.П. Чучка, М.П. Тиводар и др.). Они сформулировали концепцию «политического русинства», состоящую из следующих тезисов: принятие автохтонным восточнославянским населением Закарпатья украинской национальной идентичности является исторически закономерным процессом; русинское движение является искусственным, инспирировано спецслужбами СССР и поддерживается силами, желающими подрыва единства Украины и украинского народа [5, с. 31–32]. Также высказывалась идея о том, что власти государств Центральной Европы (Польша, Словакия, Венгрия, Румыния) поддерживали русинские организации в своих странах с целью создания почвы для ассимиляции проживавшего там украинского меньшинства и нивелирования успеха украинского культурного строительства в Закарпатье [6, с. 230]. Схожие аргументы использовали в Беларуси критики западнополесского движения. Например, на заседании Ученого совета Института истории Академии наук Беларуси 3 марта 1992 г. были озвучены популярные в среде белорусской интеллигенции, но не нашедшие подтверждение гипотезы: западнополесское движение было инициировано партийными и советскими органами для «торпедирования» процесса белорусского национального возрождения (В.П. Крук, Н.М. Забавский), Н.Н. Шелягович и его соратники выступали за присоединение западнополесского региона к Украине (М.М. Чернявский) [7, л. 26–29]. Данные доводы регулярно тиражировались в белорусской прессе.
Наиболее последовательно русинский вопрос был представлен в программных документах и политической публицистике партии Славянский Собор «Белая Русь». Данная политическая сила выступала с идеями культурно-цивилизационного единства восточнославянских народов, которое, по мнению активистов партии, должно было воплотиться в форме глубокой интеграции России, Беларуси и Украины. В программе Славянского Собора «Белая Русь» (раздел «Национально-языковая политика») декларировался следующий тезис: «Славяно-Русский Этнос (Русский Народ) состоит из четырех ветвей: белорусской, великорусской, украинской (малорусской) и русинской, особенность национального самосознания каждой из которых состоит в том, что собственно белорусы, великороссы, украинцы и закарпатские русины одновременно осознают себя и представителями Славяно-Русского Этноса (Русского Народа). Таким образом, самосознание Русского Народа является двухуровневым, по принципу: Русский-Белорус, Русский-Великоросс, Русский-Украинец, Русский-Русин. Каждая из ветвей Русского Народа имеет свою региональную, самобытную – белорусскую, великорусскую, украинскую и русинскую – культуру, представляющую собой местное своеобразное проявление русского духа» [8, с. 12]. В издании партии – газете «Русь Белая» – публиковались материалы авторов, считавших русинов органичной частью общерусского национально-культурного пространства. Так, в номере издания за декабрь 1994 г. была размещена «карта западной этнической границы русской народности», впервые опубликованная в 1975 г. в газете русинской эмиграции «Свободное слово Руси», издававшейся в США. В редакционном примечании подчеркивалось: «Эта карта отражает точку зрения русинов (полуторамиллионный народ Закарпатья) на западную границу русской народности» [9, с. 1]. В этом же номере была опубликована статья известнейшего русинского деятеля русофильских взглядов А.Ю. Геровского «Папа Лев XIII и товарищ Сталин творцы незалежной Украины» [10, с. 1–2]. В выпуске газеты за февраль 1995 г. было напечатано письмо, одним из авторов которого являлся деятель карпато-русской эмиграции в США М.И. Туряница, Президенту США (1981–1989 гг.) Р. Рейгану. В документе был выражен протест против поддержки властями США так называемого движения «порабощенных народов», цель которого, по мнению авторов, заключалась в стремлении «покончить с более чем тысячелетней непрерывной государственностью России и ее народов» [11, с. 4].
Довольно активное обращение печатного издания Славянского Собора «Белая Русь» к русинской проблематике объясняется общим критическим отношением данной партии к национально-культурной политике властей Беларуси и Украины. В вину властным элитам этих государств вменялись деструктивный национализм и отрицание общерусской природы белорусов и украинцев. В данной ситуации апелляция к русинской проблеме давала партии дополнительные аргументы для обличения дискриминационной по отношению к этническим меньшинствам политики Киева. Показательно, что руководство Славянского Собора «Белая Русь» наладило конструктивные отношения с лидерами западнополесского движения в Беларуси. В феврале 1993 г. в газете «Збудінне» была опубликована информация о подписании соглашения о сотрудничестве между Славянским Собором «Белая Русь» и Общественно-культурным объединением «Полісьсе» [12, с. 1], обе организации входили в «Народное движение Беларуси» – зонтичную структуру, члены которой критиковали политику принудительной белорусизации и выступали за тесную интеграцию Беларуси и России [13, с. 14]. Впрочем, Славянский Собор «Белая Русь» не был влиятельной силой политического ландшафта Беларуси. Согласно данным республиканских социологических исследований, в мае 1995 г. рейтинг партии составлял 1,4 %, в октябре 1995 г. – 1,3 % [14, с. 117]. Ни один из членов Славянского Собора «Белая Русь» не был избран в Верховный Совет Республики Беларусь в 1995 г. В 1999 г. партия прекратила свое существование.
Таким образом, русинская тематика демонстрировала крайне слабое присутствие в общественно-политическом дискурсе Беларуси в 1990-е гг. В материалах абсолютного большинства авторов, затрагивавших русинский вопрос, в качестве основного объекта анализа выступало западнополесское движение в Беларуси. К русинской проблематике обращались прежде всего филологи, которые путем сопоставления литературных процессов в среде представителей интеллигенции, идентифицировавших себя с русинами и полешуками, пытались засвидетельствовать (Ф.Д. Климчук) или опровергнуть (А.И. Скопненко) перспективы развития восточнославянских микроязыков. В то же время белорусские ученые, которые по запросам органов власти готовили аналитические записки, посвященные западнополесскому движению, в лучшем случае лишь косвенно упоминали русинский фактор. Это значительно снижало исследовательский потенциал данных аналитических материалов, т. к. качественный компаративистский анализ схожих по природе феноменов (русинского и западнополесского движений) мог помочь лучше понять их сущностные характеристики. Одним из немногих ученых, которые учитывали данный подход в своих работах, был этнолог П.В. Терешкович. Сами деятели западнополесского движения в своих выступлениях и публицистике игнорировали русинский вопрос, т. к. видели в русинах «конкурента» в борьбе за звание четвертого восточнославянского народа. В этом видится тактическая ошибка Н.Н. Шелеговича и его единомышленников: широкое информирование о борьбе этнической группы за свои права в соседнем государстве могло вызвать гораздо больший интерес у общественности, чем апелляция к процессам, происходившим в далеких от Беларуси странах и регионах. Наиболее широко русинская тематика присутствовала в программных документах и публицистике русофильской партии Славянский Собор «Белая Русь». При этом акцент делался на освещении творчества тех представителей русинской интеллигенции, которые считали русинов частью русского цивилизационного пространства. Однако Славянский Собор «Белая Русь» являлся не самой влиятельной политической силой Беларуси 1990-х гг.
Западнополесское этнополитическое движение, несмотря на амбиции его лидеров, не имело широкой популярности даже в среде жителей региона. Движение, во-многом являвшееся ответной реакцией на директивную белорусизацию конца 1980-х – первой половины 1990-х гг., практически сошло на нет после референдума 1995 г. Абсолютное большинство населения Беларуси (в том числе Брестчины) высказалось за предание русскому языку статуса второго государственного языка (наравне с белорусским), тем самым выбрав более близкую для себя культурно-идентификационную модель. Полесская тематика перестала широко освещаться в республиканской и региональной прессе, вслед за чем снизился интерес и к русинскому вопросу. В 2000-е – 2010-е гг. в белорусских средствах массовой информации встречались лишь единичные упоминания русинов. Несколько иначе обстоят дела в научной сфере. Положению русинов в составе межвоенной Чехословакии посвящены многочисленные научные работы известного слависта, профессора Минского филиала Российского государственного социального университета К.В. Шевченко; русинская проблематика затрагивается в трудах крупнейшего белорусского специалиста по истории национально-территориальных конфликтов в государствах Центральной Европы, заведующего кафедрой южных и западных славян Белорусского государственного университета А.П. Салькова. Вместе с тем русины до настоящего дня остаются загадкой для многих жителей Беларуси. Для исправления данной ситуации необходима комплексная работа не только ученых, но и представителей культурно-просветительских организаций, журналистского сообщества.
Литература
1. З пошты «Збудіння» // Збудінне. 1992. 1–15 октября. С. 2.
2. Шевченко К.В. Кризис идентичности и возникновение альтернативных этнических идентичностей у восточных славян: полешуки в Белоруссии // Белоруссия и Украина. История и культура. Ежегодник 2005/2006 / гл. ред. Б.Н. Флоря. М.: Индрик, 2008. С. 318–342.
3. Национальный архив Республики Беларусь (НАРБ). Ф. 968. Оп. 1. Д. 4090. Протоколы заседаний Комиссии по национальной политике и межнациональным отношениям Верховного Совета БССР, 1991 г.
4. Габуда В. Русіны без Русі // Звязда. 1992. 14 кастрычніка. С. 2.
5. Веселов В.И. Русины Закарпатской области Украины: институализация и функционирование общественных организаций в 1989–2001 гг.: дис. … канд. ист. наук: 07.00.03. М., 2016. 188 с.
6. “Ruszin voltam, vagyok, leszek… “. Népismereti olvasókönyv / szerk.: C. Fedinec, I. Csernicskó. Budapest: Gondolat Kiadó, 2019. 316. old.
7. Центральный научный архив Национальной академии наук Беларуси (ЦНА НАНБ). Ф. 3. Оп. 1. Д. 962. Протоколы заседаний Ученого совета Института языкознания Академии наук Беларуси, приложения к нему, 1992 г.
8. Сим победиши! Программа Славянского Собора «Белая Русь». Минск: Славянский Собор «Белая Русь», Научно-промышленная компания «Руян», 1994. 31 с.
9. Карта западной этнической границы русской народности // Русь Белая. 1994. Декабрь. С. 1.
10. Геровский А.Ю. Папа Лев XIII и товарищ Сталин творцы незалежной Украины // Русь Белая. 1994. Декабрь. С. 1–2.
11. Вечная Россия // Русь Белая. 1995. Февраль. С. 4.
12. Хроныка // Збудінне. 1993. 1–28 февраля. С. 2.
13. Гайдукевич С. Лихое время. На осмотрительности не выедешь… // Рэспубліка. 1993. 12 мая. С. 9.
14. Котляров И.В. Политические партии Беларуси как симулякры социального пространства (социологическое измерение) // Доклады Национальной академии наук Беларуси. 2014. Т. 58, № 4. С. 115–124.
