Аннотация
Статья посвящена анализу межконфессионального конфликта, разгоревшегося в г. Лиде Гродненской области Беларуси в начале 1990-х гг. по поводу принадлежности церковного здания. Рассмотрены аргументы двух сторон конфликта – активистов православной и католической общин города. Основу источниковой базы работы составили документы Государственного архива Гродненской области и материалы региональной прессы.
______________________________________________________________
В позднесоветский период и в первые годы существования суверенного белорусского государства в некоторых населенных пунктах Гродненской области возникали споры между католиками и православными относительно прав на культовые сооружения. Стороны конфликтов строили свою базу аргументации на сведениях архивных источников (часто противоречивых), апелляции к периодам, когда храм принадлежал определенной конфессии.
Первая волна публикаций о судьбе культовой постройки в «Лидской газете» датируется 1992 г. Местное издание давало возможность выразить свою точку зрения представителям обеих конфессий. 8 сентября 1992 г. было опубликовано письмо православного священника Л. Наврося, председателя совета православной религиозной общины А. Покутя (письмо подписали около 7 тыс. верующих) «Решать нужно по правде». В письме утверждалось, что именно православные имели исторические права на церковное здание: «Согласно историческим данным, на этом месте с 1797 по 1824 гг. размещался костел пиаров. Но в 1842 г. он же сгорел дотла, о чем свидетельствует “Энциклопедия костельная”, изданная в Варшаве. В 1848 г. был создан проект постройки православного собора. В 1863 г. строительство собора было завершено. Собор был освящен в честь святого архистратига Михаила, о чем имеются архивно-исторические и церковные документы. Об этом свидетельствует и сама архитектурная постройка. … Когда же Западная Беларусь (в т.ч. г. Лида) находилась под властью поляков, в православном, отметим это дважды, именно в православном соборе проводились католические службы Богу» [5, с. 2].
19 сентября 1992 г. в лидском издании был опубликован ответ католической общины в лице руководства совета фарного костела (С. Роек, И. Вадейко, В. Блажевская). Подача материала была заметно более агрессивной, чем в обращении православной общественности. Католики утверждали, что после пожара 1842 г. часть стен костела пиаров сохранилась и была использована для возведения православной церкви. Передача здания католикам польскими оккупационными властями в 1919 г. авторы материала фактически трактовали как акт исторической справедливости. Циничным видится следующий упрек в адрес православной общины г. Лиды: «Относительно православной церкви мы согласны, что она маленькая, но ведь с 1919 по 1939 гг. православные имели все возможности построить себе настоящий собор, но не сделали этого, им было достаточно маленькой церкви». Следует отметить, что в период вхождения Западной Беларуси в состав Польши в межвоенный период православная церковь испытывала на себе многочисленные проявления административного давления со стороны властей. Необходимость передачи храма католикам аргументировалась тем, что действовавшие в то время два костела не могли уместить всех желающих [6, с. 3].
Спустя месяц в «Лидской газете» была опубликована статья об истории католического ордена пиаров в регионе авторства заместителя председателя Общества польской культуры на Лидчине С. Ушакевича. В заметке подчеркивалась особая роль пиаров в образовательной сфере. Статья была проникнута духом русофобии, участники польского восстания 1863–1864 гг. однозначно трактовались как герои, межвоенному периоду истории города была дана нейтрально-позитивная характеристика. С. Ушакевич резюмировал свою работу следующим образом: «Сегодня, когда Республика Беларусь стала суверенным государством и свою политику может проводить независимо от восточного соседа, для почитания исторического наследия должна быть установлена историческая справедливость – пиарский костел со строениями должен быть передан католикам, потому что он построен их предками. Претензии православных верующих на эти строения являются необоснованными, потому что получили они их на основе насилия и грабежа на силой присоединенных к России территориях» [7, с. 3].
18 января 1994 г. свое видение ситуации на страницах газеты представил директор планетария М. Хотылев. В целом, автор считал желательным сохранить планетарий как уникальное культурно-образовательное пространство. Критика М. Хотылева была направлена в первую очередь против католических активистов, игнорировавших документальные источники, согласно которым пиарский костел был практически полностью уничтожен пожаром в 1842 г., и демонстративно устраивавших молитвы возле здания планетария (при наличии в городе действующих костелов). Автор заметки весьма точно описал феномен «этнического предпринимательства», иллюстрацией которого была деятельность ряда участников польского этнополитического движения Гродненщины: «Сущность проблемы лежит несколько глубже. Дело в том, что во все времена, как только в общественной жизни происходили или только намечались определенные позитивные сдвиги, тут же заявляли о себе консервативные реакционные силы, которые стремились использовать удобный, по их мнению, момент в своих собственных, чисто эгоистических целях. Одни из них стремились сохранить за собой власть, другие – подняться к вершинам власти, третьих охватывала жажда наживы, другие мечтали о каком-то реванше и т.д. Именно это мы наблюдаем в наше время. Примеров немало. Сошлюсь на один из них. Сейчас, наверное, во всех городах республики создаются разные общества, союзы, клубы и другие общественные объединения, которые представляют меньшинства. И это хорошо. Но, к сожалению, во многих таких объединениях есть представители, которые кроме вреда ничего не делают ни для этих объединений, ни для народа, который они представляют. Вот такой пример. Одна паненка из Общества польской культуры в г. Мосты заявила во всеуслышание, что Мостовщина – это извечные польские земли. На этой земле должна господствовать польская культура, а не какая-то другая» [8, с. 2].
Весной 1994 г. в лидской прессе состоляся очередной обмен мнениями между активистами обеих христианских общин, в статьях повторялись ранее озвученные аргументы. Стоит обратить внимание на существенные различия в оценках исторического прошлого Беларуси у участников полемики. Католики рассматривали события XIX в. в оптике «русификации белорусов», которую якобы осуществляли российские власти [1, с. 2–3]. Для православных наиболее тяжелым периодом новейшей истории был период нахождения Западной Беларуси в составе Польши: «При оккупации панской Польши территории Беларуси в 1920 г. был оккупирован и наш город Лида. Построенная Соборная церковь была силой и издевательствами отобрана для католической службы Богу. И эту историю также нельзя изменить, но хотя в Соборной церкви и проводилась католическая служба, все равно от этого Соборная церковь не стала костелом, который сгорел» [3, с. 3]. В ноябре 1994 г. активисты православной общины обнародовали выдержки из обнаруженных архивных документов, согласно которым православная церковь была возведена не на месте руин пиарского костела, а немного восточнее [4, с. 3].
Местные власти долгое время уклонялись от решения дискуссионного вопроса. Ситуация изменилась после письма ректора Минской духовной семинарии, епископа Новогрудского и Лидского Константина Президенту Республики Беларусь А.Г. Лукашенко от 16 октября 1995 г. Епископ, в частности, изложил в своем письме обстоятельства перехода культового здания католикам в период оккупации города польскими войсками: «17 апреля 1919 г. Лида была оккупирована польскими войсками. Настоятеля Иосифа Кояловича избили во время богослужения, а в церковном доме продолжались издевательства над ним, от которых он вскоре умер. Церковь внутри была переделана под костел». Далее епископ Константин сетовал на нерешительность местных властей и информировал о трудностях, с которыми столкнулась православная община города: «Лидские городские и гродненские областные власти имеют ксерокопии архивных документов (подлинники хранятся в епархиальном управлении), которые бесспорно подтверждают принадлежность Михайловской церкви православным, но нам отвечают, что на это здание стали претендовать и католики. Православные, составляющие более половины населения Лиды, вынуждены молиться в единственной маленькой кладбищенской церквушке. Я неоднократно был свидетелем, как пожилые женщины из-за нехватки воздуха теряли сознание. В то же время католики имеют в Лиде три действующих костела, еще три строятся». Автор письма считал, что католический костел являлся главным инструментом «мягкой силы» Польши и Ватикана: «Лида стала в Беларуси центром экспансии католического ордена салезианцев из Польши и пристальным объектом внимания Ватикана. Народ возмущается, что нигде православное коренное белорусское большинство не находится в таком неравном положении, как в Лиде» [2. л. 220–221].
8–9 декабря 1995 г. для изучения ситуации в г. Лиду направилась рабочая группа, в состав которой входили советник-консультант главного управления общественно-политической информации Администрации Президента Республики Беларусь А. Гурко, председатель Совета по делам религий А. Жильский. Подробности работы группы были изложены в служебной записке А. Гурко заместителю главы Администрации Президента, начальнику главного управления общественно-политической информации В. Заметалину. В документе подчеркивались крайняя нерешительность местных властей и «взрывоопасность» сложившейся ситуации: «Заместитель председателя Лидского горисполкома Н. Чернышев убежден, что решение этого вопроса в пользу одной из сторон неизбежно приведет к конфликту, который придется решать силой». А. Гурко отмечал, что католическая община города имела финансовую поддержку из-за рубежа, в ее распоряжении уже находились три костела. Чиновник делал следующий вывод: «По данным горисполкома, ныне в городе проживают около 37 % поляков (представляющих преимущественную социальную базу католиков). Большая часть населения православные. В целях сохранения социального равновесия этноконфессиональный дисбаланс необходимо преодолеть». Кроме того, А. Гурко рекомендовал прекратить чрезмерное муссирование проблемы в местной прессе, полагая, что оно являлось дополнительным фактором обострения напряженности [2 л. 218–219].
18 декабря 1995 г. В. Заметалин направил письмо председателю Гродненского областного исполнительного комитета А. Дубко, в котором изложил основные доводы А. Гурко и рекомендовал ускорить процесс возвращения храма православным [2, л. 217]. Решением Лидского городского исполнительного комитета от 7 марта 1996 г. спорное здание было передано в безвозмездное пользование православной общине [2, л. 222].
Можно сделать вывод, что активисты католической общины в ходе конфликта в Лиде действовали заметно резче и агрессивнее, чем их оппоненты (православные). Местные власти не приняли действенных мер для разрешения конфликта, урегулирование которого стало возможным только после вмешательства работников Администрации Президента в 1995–1996 гг.
Литература
1. Вількевіч Ю., Блажэўская В., Звяжынскі З. Хто мае рацыю? // Лідская газета. 1994. 1 сакавіка. С. 2–3.
2. Государственный архив Гродненской области. Ф. 1171. Оп. 7. Д. 16.
3. Каламейчук Т., Мамойка М., Покуць А. [и др.]. За лёс Саборнай Архангела-Міхайлаўскай царквы // Лідская газета. 1994. 14 мая. С. 3.
4. Каламейчук Т., Мякіш М., Мамойка М. [и др.]. Царква пабудавана для праваслаўнай службы Богу // Лідская газета. 1994. 15 лістапада. С. 3.
5. Наўрось Л.А., Покуць А.І. Вырашаць трэба па праўдзе // Лідская газета. 1992. 8 верасня. С. 2.
6. Роек С.П., Вадэйка І.К., Блажэўская В.К. Католікі таксама за праўду. Зварот да веруючых лідскай праваслаўнай царквы // Лідская газета. 1992. 19 верасня. С. 3.
7. Ушакевіч С. Хто такія піяры? З гісторыі піярскага калегіума і касцёла ў Лідзе // Лідская газета. 1992. 20 кастрычніка. С. 3.
8. Хатылёў М. Да якога берага нам плысці // Лідская газета. 1994. 18 студзнея. С. 2.
