Имя Александра Ивановича Миловидова (1864-1935), историка-архивиста и библиографа, заведующего Музеем графа М.Н. Муравьева в Вильно, известно преимущественно в связи с его исследованиями по истории Белоруссии и Литвы. Однако хотелось бы обратить внимание на ту сторону жизни А.И. Миловидова, которая до сих пор остается как бы в тени его ученой деятельности, а именно – на труд педагогический. Оказывается, как учитель и организатор внешкольного образования он оставил не меньший след, чем историк и публицист.
Будучи сыном сельского священника из Тульской губернии, А.И. Миловидов получил образование в Тульской духовной семинарии. Затем перед молодым человеком встал выбор: продолжать учебу в духовной академии, принимать сан священника или становиться народным учителем. Сельская школа привлекала его больше всего. В 1880-е годы среди интеллигенции процветало т.н. «народничество», и он увлекался произведениями русских писателей-народников Н.Н. Златовратского и Г.И. Успенского. Для принятия решения о своем дальнейшем пути молодой человек поехал вместе с матерью в Троице-Сергиеву лавру к известному старцу прп. Варнаве Гефсиманскому (†1906). Здесь, у кельи старца, он познакомился с выдающимся педагогом С.А. Рачинским [3, с. 4]. Общение с ним окончательно укрепило выбор Миловидовым профессии сельского учителя.
В 1884-1885 гг. А.И. Миловидов стал учителем в родном селе Иван-Озеро, где жил вместе с мамой и сестрой у своего зятя, священника Стефана Яворского. По его собственному признанию, «школа была бедная, содержалась платою за обучение, но родители учеников были неаккуратны во взносе платы, и сборы ее были так тяжелы, что в конце второго года моего учительства я вынужден был совершенно отказаться от платы» [3, с. 5]. В этот ранний период педагогической деятельности Миловидов обратился за поддержкой к С.А. Рачинскому. Началась переписка. Татевский учитель писал своему молодому последователю: «Учительство и священство — это две параллельные жизненные дороги, которые, вопреки математическому закону, могут сходиться и сходятся в церковной школе: духовенство также так же необходимо для школы, как школа для духовенства, только становясь учителем, священник приобретает особенно действенное и непреодолимое влияние на народ и становится именно духовным руководителем своей паствы со школьной скамьи в продолжение всей последующей жизни» [3, с. 6].
С.А. Рачинский давал своему корреспонденту и некоторые практические советы. Он делал акцент на личности учителя, на примере его жизни, особенно на такой стороне как религиозность и трезвость: «Учителю необходимо совершенно отказаться от употребления вина, даже в гигиенических целях» [3, с. 7]. Учреждение общества трезвости было бы развитием этого дела. По мнению Рачинского, начинать надо не с привлечения закоренелых пьяниц, которые по слабости своей воли могут легко отступить от обета не пить, что послужит соблазном для остальных, но надо начинать с людей, известных своей трезвостью и благоразумием, пользующихся авторитетом у односельчан [3, с. 7, 11-12]. При школе нужно иметь библиотеку, формировать которую надо со всей тщательностью и рассудительностью. Ее основу должны составлять книги духовно-нравственного содержания, рассказы, связанные с крестьянским бытом. Кроме того, при школе очень полезно организовать ремесленные классы, в которых бы преподавалось такое ремесло, которым можно было с успехом заниматься дома. Уже в то время проницательный педагог С.А. Рачинский видел бегство крестьянской молодежи в города и справедливо опасался этого явления, почему рекомендовал обучать таким ремеслам, которые были бы приспособлены к сельской жизни [3, с. 7, 12].
Первый период учительской деятельности А.И. Миловидова был прерван учебой в Московской духовной академии (1885-1889). Молодой человек надеялся на прибавку жалования со стороны правительства учителю с академическим дипломом. В студенческий период он продолжал читать педагогические журналы, участвовал в организации религиозно-нравственных чтений в странноприимном доме Лавры [3, с. 9]. По итогам учебы А.И. Миловидов был отмечен в числе лучших студентов и затем снова возвратился к профессии народного учителя в родное село. Но и этот опыт оказался непродолжительным. Он заболел малярией, для поправки здоровья врачи советовали переезд, а на его попечении были мама и сестра. Перевод в другую сельскую школу оказался невозможным, и А.И. Миловидов был определен в 1890 г. на педагогическую деятельность по духовному ведомству преподавателем греческого языка в Пинское духовное училище. На этом закончилась также его переписка с С.А. Рачинским. Хотя Миловидова не совсем корректно называть учеником известного Татевского педагога, однако последний остался для него примером для подражания.
Годы учительства в Пинске (1890-1894) ознаменовались для А.И. Миловидова важными событиями в другом отношении. Давний интерес к занятию историей, развившийся во время студенчества под руководством проф. В.О. Ключевского, нашел свое выражение в ряде публикаций по церковной истории г. Пинска. Летом 1894 г. последовал перевод А.И. Миловидова в Литовскую духовную семинарию на должность преподавателя греческого языка. В 1901 г. его назначили членом Комиссии по устройству и управлению Виленской публичной библиотеки, а в следующем году — хранителем Музея древностей при этой библиотеке. В новой должности А.И. Миловидов занимался составлением каталогов, готовил отчеты, библиографические описания, регистрировал археологические находки. Между тем, он продолжал преподавать в семинарии до 1912 г., когда последовало его назначение директором Муравьевского музея при Виленской публичной библиотеке и перевод в ведомство Министерства внутренних дел.
Сохранилась недатированная докладная записка А.И. Миловидова «О преподавании церковного пения в духовных семинариях». Здесь автор обращает внимание на неподготовленность выпускников духовных семинарий, практикующихся дьячками, исполнять обиходные и другие напевы. Поэтому в храмах стремятся сформировать профессиональный хор и перейти с ним «на партесы». Однако простое, обиходное и непрофессиональное пение более сближает прихожан между собой и привязывает их к церкви, как это заметил еще С.А. Рачинский. По мнению автора записки, семинарист должен на выпускном экзамене показывать свое умение управлять хором [1, Д. 68, л. 1—13].
Более известно об образовательной деятельности А.И. Миловидова вне семинарии. После своего переезда в Вильно он вступил в Свято-Духовское православное братство и стал активным участником его просветительских мероприятий. Еще в Тульской губернии Миловидов организовывал духовно-нравственные чтения с показом световых картин (предшественников слайдов). Эти чтения пользовались популярностью у простого народа и оказывали на него самое благотворное влияние. В 1895 г. они впервые прошли в Вильно. Решением архиеп. Литовского и Виленского Ювеналия (Половцева) В 1898 г. А.И. Миловидов был назначен председателем особой Комиссии братских чтений.
Мероприятие организовывалось следующим образом. В подходящем зале или большой комнате окна завешивались темной тканью, устанавливался стол, а на нем лампа для подсветки («волшебный фонарь»), световые картины, выполненные на стекле или картоне, проецировались на экран. Во время их показа чтец читал поучение или житие, приглашался также хор, который мог исполнять те или иные песнопения по сюжету чтения. Ведущими были преподаватели семинарии, священники, а певцами — семинаристы или ученики народной школы. День выбирался, как правило, воскресный. Зачастую показы организовывались вечером, когда темнело на улице. Тематика выступлений была разной: жития святых, рассказы из евангельской и вообще библейской истории, церковной и гражданской истории, поучения против суеверных представлений, нравственно-назидательные рассказы. Например: жития св. Филарета Милостивого, св. Александра Невского, мч. виленских Антония, Иоанна и Евстафия, прп. Афанасия Брестского, св. Иоанна Дамаскина, свв. Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста, свт. Николая Чудовторца, свт. Филиппа, митр. Московского, рассказы о Страстях Спасителя, Путешествие во св. град Иерусалим, о Моисее — вожде народа израильского, о Великом посте, о небесных светилах, поучения о вреде пьянства и средствах борьбы с ним, поучение «Милости хочу, а не жертвы» и др. [4, с. 12-14, 19-21; 2, с. 25-26].
Чтения имели миссионерский, просветительский характер, проводились, как правило, бесплатно. Среди слушателей в селах преобладали крестьяне, в городах — мастеровые, прислуга, солдаты, чиновники. Примечательно то, что в конфессиональном отношении больше было католиков (в основном детей), потом шли православные, старообрядцы и лютеране [4, с. 7]. Участие католиков было обусловлено терпимым отношением организаторов чтений. Зачастую даже намеренно подчеркивалось, что верующие во Христа люди должны жить по закону евангельской любви и относиться друг к другу как братья [2, с.16]. Конечно, нужно было учитывать смешанный конфессиональный состав западных губерний России того времени. На всех слушателей чтения производили глубокое впечатление. Вот что вспоминал А.И. Миловидов: «Как бы ни был рассказ жив и выразительно его чтение, хотя бы о страданиях Спасителя, он не произведет такого впечатления, как в том случае, когда будет сопровождаться световыми картинами. Тогда простолюдин не только услышит, но и увидит страдающее лицо Спасителя, Его кровь, терновый венец, бичевание, пригвождение ко кресту и прочие моменты страданий. И мы видели в прошлом году на таком чтении плачущих женщин, и слезы на глазах некоторых мужчин» [2, с.14]. «Начинается живое объяснение картины, встает с дальнейшим чтением перед их глазами светлый образ святого, его дела, полные правды и добра, его чудеса, и мертвая тишина водворяется в школе, слушатели уже понимают, что не развлекать их собрали, а учить, слышатся уже не восклицания удивления, а вздохи и шепот молитвы» [2, с.18]. Эти впечатления активного частника и организатора чтений объясняют, почему несмотря на различные трудности начинание имело успех. Уже на первые четыре чтения в Снипишской церкви-школе в предместье Вильно собрались в общей сложности 1300 слушателей [7, с. 4]. Из губернского города практика чтений стала распространяться в других городах, местечках (Ковно, Зельва, Сморгонь) и селах. Число слушателей неуклонно возрастало. Статистические данные по случаю 20-летия чтений заключали такие цифры: с 1895 по 1915 гг. были организованы 5543 чтения в 623 аудиториях, охвачено более 70 населенных пунктов, число слушателей было свыше 916160 разного возраста и вероисповедания, были израсходованы братством на оборудование для чтений 5503 руб. и приобретен инвентарь на сумму 2000 руб. [3, с. 15].
Без преувеличения можно сказать, что А.И. Миловидов был душой этого дела. Он возглавлял братский комитет. Сам проводил чтения. Выписывал листки и брошюры для бесплатной раздачи после чтения. В Вильно он основал две народные библиотеки Общества ревнителей русского исторического просвещения в память имп. Александра III (в 1914 г. – свыше 36000 абонентов) [3, с. 15]. Поддерживал общества трезвости. Среди бумаг Миловидова сохранились письма священников, которые делились своим опытом и впечатлениями об организации чтений на приходах. Так, свящ. Иосиф Янковский из Зельвы писал: «Сердце мое неописанно радуется на чтениях, когда видишь множество внимательных слушателей, готовых охотно повторить прочитанное» [1, Д. 28, л. 1]. Как представитель братства А.И. Миловидов брал на себя расходы по приобретению необходимого оборудования [1, Д. 35, л. 1], выписывал световые картины не только из Москвы и Петербурга, но даже из Нижнего Новгорода [1, Д. 31, л. 1-2]. Деятельность А.И. Миловидова в организации чтений и других братских акций и мероприятий требовала немалых затрат здоровья и личных средств, но он участвовал в них безвозмездно.
В качестве историка он писал статьи и делал доклады, посвященные прошлому школьного обучения в Западном крае России. Сохранился черновик его выступления «Начальные школы Литовской Руси. Историческая справка по поводу освящения Снипишской церкви-школы в г. Вильно». Здесь выделяются следующие мысли. Народное образование воспитывает под руководством Церкви не «всечеловека, а православного христианина». Хотя церковных школ мало и их можно назвать явлением новым, в давние времена это было не так. И в Литовской Руси церковно-приходская школа запечатлена авторитетом древности. Еще св. князь Владимир повелел приводить детей на учение книжное. Также и Ярослав. Эти первые школы имели назначение «религиозное, миссионерское». Учение вере было, естественно, вверено духовенству. «Учение книжное» в древней Руси — это умение читать и понимать Псалтирь, Часослов и другие церковные книги. [1, Д. 54, л. 1-12].
Подводя итог педагогической деятельности Миловидова, можно сказать, что, вступив на учебное поприще в качестве сельского учителя, он и при перемене своей профессии остался верен принципам православной педагогики С.А. Рачинского. Именно Миловидов организовал в Вильно народные чтения со световыми картинами, много способствовал этому начинанию своими публикациями. Православная педагогическая тематика присутствует также в его публицистике. В 1915 г. он был вынужден оставить Вильно в связи с угрозой немецкой оккупации города. Затем последовали переломные годы революции. А.И. Миловидов оказался в Петрограде, где получил должность в бывшем Сенатском архиве. При советской власти он принимал участие в библиотечных чтениях, акциях по ликвидации безграмотности, но, понятно, что в новых условиях не могло быть и речи о православной педагогике.
Литература и источники.
1. Библиотека Вильнюсского государственного университета. Рукописное отделение. (РО БВУ). Ф. 36. Оп. 1.
2. Миловидов, А.И. Народные религиозно-нравственные чтения в г. Вильне, их значение и возможность распространения / А.И. Миловидов. — Вильна, 1897. — 30 с.
3. Миловидов, А.И. Памяти Сергия Александровича Рачинского (Из воспоминаний и переписки) / А.И. Миловидов. — Петроград: Синод. тип., 1916. — 15 с.
4. Миловидов, А.И. Пятилетие религиозно-нравственных народных чтений от Виленского Свято-Духовского братства / А.И. Миловидов. — Вильна, 1900. — 21 с.
