Аннотация
В статье рассматриваются общественные дискуссии относительно открытия польскоязычного класса и школы в Новогрудке Гродненской области во второй половине 1990-х гг. Подробно анализируются позиции различных участников данной локальной конфликтной ситуации (Министерство образования Республики Беларусь, Государственный комитет по делам религий и национальностей, органы местной власти, активисты Союза поляков Беларуси, дипломатические круги Польши). Основу источниковой базы статьи составили документы Национального архива Республики Беларусь.
______________________________________________________________
После референдума 1996 г. в Республике Беларусь произошел перелом в белорусско-польских отношениях, который проявился в переходе от интенсивных контактов в политической, экономической, культурной сферах к малоэффективной тактике «критического диалога», которую избрала Варшава. Польская сторона безосновательно обвиняла Минск в недостаточном следовании принципам демократии, деятельность дипломатических ведомств фактически ограничивалась поддержкой польской диаспоры [1, с. 206–207]. В этой связи показательна дискуссия об организации польскоязычного образования в Новогрудке (Гродненская область) в 1997–1998 гг., актуализированная деятельностью отдельных активистов СПБ. Даже представители внешнеполитического ведомства и дипломатических структур Польши в условиях «критического диалога» признавали гиперболизированность многих требований полонийного объединения.
Суть локальной конфликтной ситуации, возникшей в 1997 г., была изложена в письме заместителя Председателя Гродненского областного исполнительного комитета М. А. Логвина в Совет Министров (23 декабря 1997 г.). Сообщалось, что в средней школе № 1 Новогрудка в 1997 / 1998 учебном году функционировало три польскоязычных класса (25 учеников), в средней школе № 6 – один класс (девять учеников). По состоянию на 1 сентября 1997 г. поступило семь заявлений от родителей, желавших организовать первый класс с польским языком обучения в средней школе № 1, однако в октябре 1997 г. родители четверых учащихся отозвали свои заявления. Новогрудский районный исполнительный комитет дважды (16 сентября и 28 октября) рассматривал вопрос открытия в средней школе № 1 первого класса с польским языком обучения. Учитывая немногочисленность лиц, желавших открытия такого класса, было принято решение предложить их детям изучение польского языка в качестве отдельного предмета. Вопрос правомерности данного решения изучался областной прокуратурой, нарушений выявлено не было [2, л. 212].
Тем временем некоторые представители руководства СПБ придавали данному вопросу излишнюю остроту. 22 ноября 1997 г. за подписью заместителя председателя данной организации было направлено письмо Президенту Республики Беларусь А. Г. Лукашенко (копия – Послу Польши в Минске Э. Спыхальской). Ситуация рассматривалась как целенаправленные дискриминационные меры, якобы допущенные местной властью «при попустительстве, а не исключено, что и по прямому указанию вышестоящих органов». Сообщалось, что родители, чьи просьбы об открытии польскоязычного класса не были удовлетворены, отказывались отпускать своих детей в школу. Т. Малевич заявлял о возможности придания вопросу широкой международной огласки, сообщал о намерении ознакомить со своей позицией членов представительных делегаций, которые должны были прибыть в Новогрудок для участия в праздничных мероприятиях, посвященных 200-летию А. Мицкевича [2, л. 201].
Позицию по ситуации в Новогрудке представило Министерство образования Республики Беларусь. В письме за подписью Министра образования В. И. Стражева в Национальную академию наук Беларуси (данной организации по поручению заместителя Председателя Совета Министров В. П. Заметалина было необходимо обобщить мнения различных ведомств по вопросам, затрагивавшимся в многочисленных обращениях СПБ) от 24 декабря 1997 г. сообщалось о рабочей поездке в Новогрудок сотрудника Главного управления общего среднего образования Министерства образования. Состоялась встреча с руководством районного исполнительного комитета, были посещены школы, в которых велось преподавание на польском языке, состоялись встречи с родителями учеников и руководством местного отделения СПБ. Трудности с открытием отдельного класса объяснялись малым количеством заявлений (семь) и реорганизацией Новогрудских районного и городского исполнительных комитетов, которая проходила в то время. На конец октября 1997 г. большинство родителей перевели своих детей в другие учебные заведения, родители двоих детей не соглашались с принятым решением, хотя им предлагались различные пути изучения польского языка. Родителям было разъяснено, что заявления об открытии класса с польским языком обучения должны были подаваться до 1 мая соответствующего года. Если количество заявлений было меньше предусмотренных Положением об общеобразовательной школе норм, решение об открытии класса следовало принимать на заседании районного исполнительного комитета. Определенная часть родителей согласилась с позицией Министерства образования о целесообразности обучения на польском языке только в 1–4 классах и изучением в рамках базовой и средней школы на польском языке отдельных предметов (польский язык, польская литература, история и география Польши, музыка и культура польского народа). Управлению образования Новогрудского районного исполнительного комитета рекомендовалось «более целенаправленно и результативно проводить разъяснительную работу с населением по вопросам обучения на польском языке» [2, л. 112–113].
Несколько более жесткую позицию занял Государственный комитет по делам религий и национальностей. О возможности вызревания конфликтной ситуации заместитель Председателя комитета И. И. Янович сообщал в Администрацию Президента уже 6 июня 1997 г. В письме подчеркивалось, что участие общественных организаций, Министерства образования Польши в организации в Беларуси школ с польским языком обучения зачастую обостряло сферу межнациональных отношений. Так, со стороны Польши звучали обещания помощи в строительстве польских школ в Новогрудке и Волковыске. Местные власти в свое время шли навстречу инициативам СПБ, который лоббировал данный вопрос, и в принципе соглашались с возможностью строительства таких школ. Позже выяснилось, что желающих учиться в таких школах недостаточно и строительство школ нецелесообразно. Отказ от прежних позиций грозил вызвать значительное количество обращений СПБ в различные инстанции с требованием выполнить ранее принятые решения. В документе подчеркивалась необходимость разработки и утверждения порядка изучения образовательных процессов национальных меньшинств и принятия окончательных согласованных решений по их удовлетворению, в том числе с целью регулирования адресности помощи из Польши [2, л. 118–119].
В письме в Министерство образования от 22 декабря 1997 г. (копия была направлена в Национальную академию наук Беларуси) Председатель Государственного комитета по делам религий и национальностей А. Н. Билык отмечал, что органы местной власти в пределах своих возможностей способствовали удовлетворению образовательных запросов лиц польской национальности. В то же время подчеркивалось, что не всегда последовательные действия органов районного управления приводили к напряженным ситуациям, которые использовали отдельные деструктивно настроенные активисты польского этнополитического движения. Так, А. Н. Билык считал, что Новогрудский районный исполнительный комитет не проделал необходимой работы в процессе сбора заявлений родителей об обучении детей в польскоязычном классе, подготовки и проведения встреч с этими родителями по инициативе СПБ, а затем проявил неоправданную медлительность, что дало руководству СПБ повод для создания нездорового ажиотажа вокруг проблемы. Учитывая недостаточное регламентирование процесса принятия решений по поводу открытия классов или школ с обучением на языках национальных общностей, А. Н. Билык считал необходимым участие областных и республиканских органов управления образования, Государственного комитета по делам религий и национальностей в обсуждении и принятии решений по таким вопросам на стадии их первичной постановки [2, л. 116–117].
В 1997 г. обсуждался вопрос строительства польской школы в Новогрудке за счет финансирования Польши. Председатель Новогрудского районного исполнительного комитета А. В. Лис отказался подписать договор с СПБ о строительстве учебного заведения данного типа, ссылаясь на недостаточное количество желающих изучать польский язык. Ни районный, ни Гродненский областной суд, в которые подавали иски руководители СПБ, нарушений со стороны местных властей не выявили. Примечательно, что против строительства школы в Новогрудке публично выступал Консул Польши в Гродно С. Шостак [3, с. 199–200]. В марте 1999 г. Государственный комитет по делам печати Республики Беларусь подверг критике издание СПБ «Голос над Неманом» в том числе за публикацию материалов деструктивного характера. В частности, речь шла о призывах руководителя СПБ Т. Гавина к проведению несанкционированных пикетов перед зданием Гродненского областного исполнительного комитета, Новогрудского районного исполнительного комитета (участники акций требовали открытия польской школы в Новогрудке). В декабре 2000 г. Государственный комитет по делам печати Республики Беларусь сообщил, что государственное финансирование газеты «Голос над Неманом» далее не представлялось возможным [4, с. 46–47].
30 сентября 1998 г. заместитель Министра иностранных дел Республики Беларусь Н. Н. Мазай направила заместителю Председателя Совета Министров В. П. Заметалину перевод статей польской прессы с материалами о жизни белорусов в Польше и польской диаспоры в Беларуси. В статье У. Пивовар в газете «Трибуна» (8 сентября 1998 г.) было опубликовано интервью Т. Малевича. Заместитель председателя СПБ не только критиковал белорусские власти за позицию в польском вопросе, но и обвинял элиты Польши в недостаточном внимании к проблемам диаспоры в Беларуси. В материал У. Пивовар вошел также фрагмент интервью пресс-секретаря Министерства иностранных дел Польши П. Добровольского. Чиновник заверил, что польское внешнеполитическое ведомство прекрасно ориентировалось в делах поляков в Беларуси. П. Добровольский не исключал некоторую медлительность органов местной власти в реализации национально-культурных потребностей поляков Беларуси, но при этом отметил определенную инерцию рядовых представителей польской диаспоры, которые «не реагировали на некоторые предложения» активистов польского этнополитического движения. Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Польши отрицал «какой-либо катаклизм польского обучения в Беларуси» и отметил, что официальная Варшава не поддерживала намерений активистов СПБ устраивать нелегальные митинги в Новогрудке. П. Добровольский резюмировал свое интервью следующим образом: «Мы не можем требовать от властей создания польских классов, если нет желающих их посещать» [5, л. 174–175].
Таким образом, анализ документов, раскрывающих сущность локального конфликта между руководством СПБ и представителями местной власти Новогрудского района Гродненской области, позволяет сделать ряд выводов. Данный пример демонстрирует намеренную гиперболизацию проблемы удовлетворения национально-культурных потребностей польской диаспоры в Беларуси со стороны отдельных активистов СПБ. Требования открытия польскоязычных классов и школы в Новогрудке были неадекватны ввиду небольшого количества лиц, желавших изучать все учебные дисциплины на польском языке. Данные действия могли предприниматься для искусственного продвижения тематики межнациональных отношений в актуальную общественно-политическую повестку (как внутри Беларуси, так и на международной арене). Показательно, что дипломатические круги Польши в данной ситуации дистанцировались от радикальных требований части руководства полонийной организации Беларуси, видя в них искусственную политизацию этничности.
Литература
1. Снапкоўскі, У. Е. Шлях скрозь стагоддзе: беларуска-польскія адносіны 1918–2017 гг. / У. Е. Снапкоўскі. – Мн. : БДУ, 2017. – 287 с.
2. Национальный архив НАРБ. – Ф. 7. Оп. 16. Д. 1431.
3. Казак, О. Г. Деятельность Союза поляков Беларуси / О. Г. Казак // Негосударственные акторы: на изломе эпох : монография / под науч. ред. О. С. Пустошинской. – М., 2023. – С. 179–240.
4. Пушкін, І. А. Нацыянальныя супольнасці Беларусі: грамадска-палітычная і культурна-асветніцкая дзейнасць (1990–2005 гг.) / І. А. Пушкін. – Магілёў : МДУ імя А. А. Куляшова, 2007. – 206 с.
5. НАРБ. – Ф. 7. Оп. 16. Д. 1434.
