Sunday, April 14, 2024

Как менялось наполнение термина «белорус» («белорусец»)

Некоторые современные названия наций появились не так давно, а термины, обозначающие название, в прошлом имели другое наполнение, совершенно далёкое от этнонациональной проблематики. Но с течением времени эта терминология приобретала этническую окраску, а ранние наполнения слов забывались.

Изучающий историю терминов, связанных с Белоруссией, польский историк О. Латышонок указывал, что название Белая Русь появилось около 1260 г. и изначально означало западнорусские земли, потом распространившись вплоть до Вятки. В XVI в. название закрепилось за полоцкими землями. Регион современного белорусского Подвинья и Поднепровья до этого назывался Русь, а жители региона, как и население Восточной Руси, называли себя русскими [1].

Первое упоминание о белорусах (даже не о белорусах, а о белорусе – в единственном числе) относится к концу XVI в., когда в 1582 г. Соломон Рысинский назвал себя не по-белорусски, а на греческий манер Leuсorussus, а позже по отношению к региону употребил термин Leucorossia [2]. Остаётся непонятным, что вкладывал протестант С. Рысинский в понятие Leuсorussus: этничность, конфессиональность, принадлежность к территории или что-то другое. Поэтому нет смысла находить современные представления там, где в прошлом их не было. Например, в XVII в. игумен полоцкого Воскресенского монастыря Афиноген (Крыжановский) указывал, что польские послы просили московского царя, чтобы тот «Хмельницкого и иных белорусцев не принимал» [3]. Т.е. Б.М. Хмельницкий с точки зрения человека XVII в. был белорусцем. Хотя в другом месте тот же игумен, перечисляя тех, которые «в христианской Православной вере все тверды и неотменны», называет «белорусцев, и черкас, и волынцев, и подолян» [4]. Видимо, в первом случае слово «белорусцы» использовано в расширительном значении, как православные, поскольку белорусцем назван и Б.М. Хмельницкий, а во втором – в узком, как определение, скорее, территориальной принадлежности. В этом случае остаётся неясным, на какой территории были расселены белорусцы в узком смысле слова. Как минимум, исходя из рассуждений игумена, Полотчина и Могилёвщина были населены белорусцами. Т.е. в обоих случая термин «белорусцы» не означает этническую группу. Более того, в XVII в. встречается термин «белорусская вера», который являлся полным синонимом терминов «русская вера», «греческая вера», «греческий закон» и «греко-российское исповедание». Всё это сейчас именуется Православием. Как пишет известный историк-медиевист Б.Н. Флоря, чаще всего православные жители Речи Посполитой называли свою веру русской или белорусской, а католицизм – ляшской или польской [5]. В источниках русская и белорусская вера упоминается как одно и то же. Так, черкасы, т.е. казаки были убеждены, что за их участие в Хотимской войне против Османской империи, польский король якобы обязался «церкви их белорусские роспечатать и веры не нарушать» [6]. Хотимская война была в 1621 г., а уже к 1623 г. относится утверждение, что, если король начнёт «нашу русскую веру нарушать», казаки готовы обратиться не только к Москве, но и к крымским татарам [7]. Накануне казачьего восстания 1625 г. казаки были недовольны тем, что поляки хотят «русскую веру ломать, а римскую чинить» [8]. В начале 1640х гг. упоминались «запорожские казаки белорусские веры» [9]. Если применять современные этнические стереотипы и представление на тот же XVII в., тогда можно белорусскую веру того времени принять за некое особое этническое белорусское Православие, хотя на самом деле это не так.

Рядовой Белорусского гусарского полка в парадной форме (источник: https://gwar.mil.ru/upload%2Farmy_unit_image%2F7-ГусБелорус%20Форма.jpg)

Более того, под именем белорусцев в XIX – начале XX в. были известны совсем не белорусы, а военнослужащие Белорусского гусарского полка Русской императорской армии. Одна из книг, посвящённых полку, и написанная в жанре полковой истории, так и называлась «История белорусцев: Материалы по истории Белорусского гусарского полка 1738 – 1796, 1803 – 1903» [10]. И в этом смысле термин «белорусцы» встречался в среде русской эмиграции ещё в 1929 г. В интернете была перепечатана небольшая заметка из выходившего в Париже русского эмигрантского журнала «Часовой» (№ 56, 30 марта 1929 г.). Она называлась «Передача Белорусского штандарта полку». Естественно, словосочетание «Белорусский штандарт» в этом случае не имеет никакого этнического или национального измерения. В заметке указано, что одновременно передавались 2 штандарта – казачий и гусарский. Их принимали офицеры-эмигранты, представлявшие Лейб-гвардии казачий и 7й Белорусский гусарский императора Александра I полки. Автор заметки назвал их «казаки и белоруссцы» [11]. Таким образом, белорусец XVII в. и XX в. – это совершенно разные белорусцы.

А.И. Левицкий, более известный под своим писательским псевдонимом Ядвигин Ш. (Ядвігін Ш) (источник: https://cdnn11.img.sputnik.by/img/103944/17/1039441727_0:155:1426:962_600x0_80_0_0_54cb8921f7bcc36f667ac6a1c362cfb7.png.webp)

Интересно, что упоминание о белорусских штандартах даже в хронологически очень близкие периоды не является упоминанием об одном и том же предмете. Если для русских эмигрантов «белорусский штандарт» – это знамя гусарского полка бывшей Русской императорской армии, то для писателя и активиста белорусских организаций А.И. Левицкого (известного в белорусской литературе под псевдонимом Ядвигин Ш., а в газете «Jednaść» писавшего под псевдонимами А.К., J.Sz. и Wat-ka) «белорусский штандарт» – это полотнище, используемое одним из авантюристов Гражданской войны С.Н. Булак-Балаховичем. «Балахович задумал сам – со своими подразделениями, в которых было большинство белорусов, перейти границу и – под белорусским штандартом – очистить от большевиков Белоруссию и объявить её свободным и независимым государством», – писал А.И. Левицкий [12]. По опубликованному тексту его воспоминаний, ещё раз упоминается «белорусский штандарт» [13], а также «белорусский народный штандарт» и «штандарт народный», «штандарт независимости», «наши штандарты», «родной штандарт» [14]. Во всех случаях, видимо, имеется в виду бело-красно-белый флаг. Таким образом, даже в один и тот же хронологический период один и тот же термин может пониматься по-разному. А если реалии прошлого ещё нагрузить современными представлениями, может возникнуть серьёзная путаница. Кстати, под «белорусским штандартом» С.Н. Булак-Балаховича оборона «родимого края от узурпаторов» происходила не только в боях против большевиков, но и в виде массовых еврейских погромов (подробнее см.: [15]). А.И. Левицкий пытается оправдать погромы тем, что их осуществляла не «белорусская армия», а затесавшиеся в неё «бывшие царские офицеры москали» и «ренегаты-москалефилы» [в оригинале – maskalafily – А.Г.], недовольные «чистым, (может, даже немного шовинистичным) национальным белорусским движением» [16]. Внешний вид солдат «белорусской армии» под командованием С.Н. Булак-Балаховича, также помогает понять, кто сражался под «белорусским штандартом»: «Кокарда у солдат Белорусской Рады – череп со скрещенными костями, на рукавах национальная белая лента, в середине красная, некоторая часть матерых балаховцев носит скрещенные ленты на груди и на рукаве надписи: на красном фоне черными буквами “Бей жидов, спасай Россию” и на белом фоне красными буквами “Земля и воля крестьянам”» [17].

С.Н. Булак-Балахович (источник: https://nasledie-sluck.by/var/upload/image/LUDI/Voin/Bulak-Balahovich/000.jpg)

Использование термин «белорусцы» в отношении православного населения Первой Речи Посполитой или гусар Русской императорской армии не создаёт белорусскую этническую, национальную или государственную субъектность. Использование словосочетание «белорусский штандарт» также не всегда указывает на этнические или национальные особенности, которыми нагружено прилагательное «белорусский» в настоящий момент.

Было время, когда термина «белорусы» и производных от него не существовало, было время, когда он не означал отдельный народ, потом настало время, когда он стал обозначать этнокультурную группу. А прилагательное «белорусский» использовалось и в религиозном, и в этническом, и в иных смыслах.

[1] Откуда есть пошла белорусская земля? Ответ на вечный для белоруса вопрос нашел историк из польского Белостока // СБ-Беларусь сегодня. Режим доступа: https://www.sb.by/articles/otkuda-est-poshla-belorusskaya-zemlya-otvet-na-vechnyy-dlya-belorusa-vopros-nashel-istorik-iz-polskogo-belostoka.html (дата обращения: 21.03.2024).

[2] Латышонак А. Навуковыя крыніцы самаакрэслення Саламона Рысінскага як беларуса // Рэфармацыя ў Беларусі. Режим доступа: http://www.belreform.org/latyszonak_rysin.php (дата обращения: 21.03.2024).

[3] Уния в документах: Сб./сост. В.А. Теплова, З.И. Зуева. Минск: 1997. С. 378.

[4] Там же. С. 380.

[5] Флоря Б.Н. Отражение религиозных конфликтов между противниками и приверженцами унии в «массовом сознании» простого населения Украины и Белоруссии в первой пол. XVII в. // Брестская уния 1596 г. и общественно-политическая борьба на Украине и в Белоруссии в к. XVI – нач. XVII в. Ч. II. М. 1999. С. 154.

[6] Там же. С. 157.

[7] Там же. С. 159.

[8] Там же. С. 154.

[9] Там же. С. 165.

[10] Федотов А.И. История белорусцев: Материалы по истории Белорусского гусарского полка 1738 – 1796, 1803 – 1903. В 2 т. Т. 1. Варшава: [Б.и.], 1903. XLIV, 508 с.

[11] 7-й гусарский Белорусский полк. О судьбе штандарта // Дневник illabes. Режим доступа: https://www.liveinternet.ru/users/illabes/post118122658/ (дата обращения: 21.03.2024).

[12] A.K. [Левицкий А.И.] Na abaronu Baćkauszczyny // Jednaść. 1921. 28 żniunia. №17. s. 2.

[13] A.K. [Левицкий А.И.] Na abaronu Baćkauszczyny // Jednaść. 1921. 28 żniunia. №17. s. 2; [14] Wat-ka. [Левицкий А.И.] Na abaronu Baćkauszczyny // Jednaść. 1921. 11 listapada. №26. s. 2-3.

[15] Алексеев Д.Ю. Боевые действия РНДА в ноябре 1920 г. // Материалы V Международной военно-исторической конференции «Военная история России XIX – XX веков». Под ред. А.В. Арановича. Санкт-Петербург, 1 ноября. Сб. научных статей. СПб.: СПГУТД, 2012. С. 253-279.

[16] Wat-ka. [Левицкий А.И.] Na abaronu Baćkauszczyny // Jednaść. 1921. 28 kastrycznika. №24. s. 2-3.

[17] Слуцкі збройны чын 1920 г. у дакумэнтах і ўспамінах / Уклад. Ул. Ляхоўскі, Ул. Міхнюк, А. Гесь. 2-ое выд., дапрац. Мінск: Энцыклапедыкс, 2006. С. 90.

Александр ГРОНСКИЙ
Александр ГРОНСКИЙ
Александр Дмитриевич Гронский - кандидат исторических наук, доцент. Ведущий научный сотрудник Сектора Белоруссии, Молдавии и Украины Центра постсоветских исследований Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова Российской академии наук. Заместитель председателя Синодальной исторической комиссии Белорусской Православной Церкви. Доцент кафедры церковной истории и церковно-практических дисциплин Минской духовной академии им. святителя Кирилла Туровского. Заместитель заведующего Центром евразийских исследований филиала Российского государственного социального университета в Минске.

последние публикации