Wednesday, May 22, 2024

Точка бифуркации в развале Российской империи: промышленники и искусство

Какую роль играли промышленники России в Первую мировую войну?

Подавляющее большинство — самую положительную, сумев обеспечить армию необходимым количеством снарядов и снаряжения, так что хватило и на войну с Германией, и для Германии, захватившей огромные склады на территории оккупированной Украины, и на всю гражданскую войну, и для красных, и для белых; не говоря уже о многочисленных бандах Махно, Григорьева, Антонова и прочих, до разных зеленых; с причислением сюда многочисленных национальных военных формирований окраинных районов России. Всем хватило. Ни снарядов, ни патронов не жалели. Но все это закончилось, к большой радости населения, созданием великого и могучего Советского Союза. Так что среди бесчисленных несчастий всегда при желании можно найти хотя бы одно радостное событие.

Но в нашей истории не все было так благостно и спокойно, о чем свидетельствует заседание Совета Министров в августе 2015 г. и выступление министра юстиции: «Призывы, исходящие от Гучкова, левых партий Государственной Думы, от коноваловского съезда и от руководимых участниками этого съезда общественных организаций, явно рассчитаны на государственный переворот. В условиях войны такой переворот неизбежно повлечет за собой полное расстройство государственного управления и гибель отечества. Поэтому я буду бороться против них до последнего издыхания. Пусть меня судит Царь, но моя совесть говорит мне так»[1].

Речь идет о промышленниках с большими политическими амбициями. Одним из них являлся Александр Иванович Гучков (1862-1936), панегирик которому можно прочитать в средствах массовой информации, в котором отмечены многочисленные случаи личной храбрости, его ум, способности и прочие достоинства.

А.И.Гучков. Источник: https://cont.ws/uploads/pic/2017/2/punin4_default_d_850.jpg

Характеристика Гучкова, по изучаемым нами материалам, имеет некоторые отличия: Гучков А.И. — лидер партии октябристов, председатель III Государственной Думы, член Государственного Совета и масонского Межпарламентского союза, председатель Центрального Военно-промышленного комитета и член Особого совещания по обороне, член ложи Великого Востока Франции. Его активная деятельность по дискредитации государственного строя вынуждала министров неоднократно на своих заседаниях касаться личности А.И. Гучкова, отмечая его авантюристическую натуру, непомерное честолюбие, способность на любые средства для достижения цели, ненависть к современному режиму и к Государю Императору Николаю II. Управляющий министерством юстиции отмечал, что «этого господина поддерживают и кадеты, и более левые круги и очень печально, что эта личность снова всплыла на поверхность и фигурирует во главе военно-промышленного комитета, который может превратиться в опасное оружие для политической игры».

А министр путей сообщения отметил, что Гучков «превращает свой комитет в какое-то второе правительство, делает из него средоточие общественных объединений и привлекает рабочих. Революционный орган образуется на глазах у государственной власти и даже не считает нужным скрывать своих вожделений»[2].

Чем же была вызвана такая деятельность А.И. Гучкова? Обратим внимание на происхождение Гучкова: он из семьи староверов, которые являлись очень своеобразной категорией граждан по отношению к государству и царской власти.

Да, ни уважения, ни доверия между властью и старообрядцами никогда не было и не могло быть из-за многолетних преследований. Но во время царствования Николая II не было неразрешимых противоречий, и тем более — преследований, кроме изуверских сект. Тогда по всей стране началось строительство новых и восстановление старых старообрядческих храмов и монастырей.

Но, по мнению старообрядцев, это не повод для примирения. Они финансируют оппозицию и сами состоят в оппозиционных думских партиях. Революция 1905 года осуществлена на деньги старообрядцев. После свержения царя старообрядцы занимают важнейшие посты во временном правительстве: А.И. Коновалов — министр торговли и промышленности, А.И. Гучков — военный и морской министр.   

Перед нами промышленники с огромными средствами, которыми они поддерживали революционное движение с целью низложения царя.

Были и другие единоверцы, работающие в более тонкой сфере, воздействуя на общественность через такую, казалось бы, очень далекую от политики деятельность, как искусство. И здесь лидером являлся старообрядец, создатель знаменитой картинной галереи, Павел Михайлович Третьяков (1832-1898). Разберем его просветительскую деятельность на примерах, и что это означало для России.

П.М.Третьяков. Источник: https://veryimportantlot.com/ru/news/obchestvo-i-lyudi/pavel-tretyakov-velichajshij-russkij-meczenat

Любимый всеми или почти всеми, прославленный в веках художник И.Е. Репин задумал написать картину о бурлаках. Друзья его, художники Шишкин и Васильев, пригласили Репина в путешествие по Волге, где познакомили с бурлаками, пышущими молодецкой силой и удалью, увидели их здоровый образ жизни и узнали о возможности в течение года обеспечивать на заработанные за сезон деньги свои большие семьи. Репин пришел в такое восхищение от увиденного, что по свежим следам написал картину «Бурлаки на Волге», где изобразил последних доходяг, едва стоящих на ногах под тяжестью собственного тела. С тех пор Репин стал любимым художником Третьякова, который сумел передать картину нашему народу для просвещения о страданиях этого же народа в эпоху царизма.

“Брлаки на Волге”, И.Репин. Источник: https://www.liveinternet.ru/tags/«Бурлаки%20на%20Волге»%20Репина/

А эпохальное полотно «Иван Грозный и сын его Иван» вызвали оторопь и возмущение царя Александра III, что показало, насколько далек царь от народа, по мнению того же Третьякова, показавшего тому же народу, посредством живописи Репина, “преступную сущность царей”.

“Иван Грозный и сын его Иван”, И.Репин. Источник: https://proza.ru/2023/01/18/493

Эти две картины стали лицом России: рабское, веками забитое, нищее и до крайности истощенное население, и “кровавые упыри цари”.

“Письмо запорожцев турецкому султану” или”Запорожцы”, И.Репин. Источник: https://pikabu.ru/story/pismo_zaporozhtsev_turetskomu_sultanu_2019772?cid=22958928

И еще один штрих о замечательном художнике, который с полуслова понимал запросы Третьякова и мог совершенно виртуозно их выполнить. Так, для такой грандиозной картины, как «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», он не пожалел ни сил, ни времени, ни здоровья для посещения рынков, где опустившиеся пьяницы позировали ему для создания живописных образов этих самых запорожцев. И только можно порадоваться, что Илья Ефимович не мог посетить суровую Запорожскую Сечь в описываемое им время, где собирались казаки, подготовленные физически и духовно к многодневным битвам, всегда блестяще владевшие холодным оружием, которым могли день и ночь рубить врагов. И не было среди собравшихся воинов ни старых, ни пузатых, ни пьяниц, ни убогих, ни беззубых.

При чем здесь радость? При том, что у Ильи Ефимовича был необыкновенный дар видеть не просто реальность, а саму сущность происходящего, скрытую от обыкновенных людей, но удивительным образом совпадающую со взглядами Третьякова, и изображать ее так, что у неподготовленного зрителя перехватывало дыхание от ее более чем реалистического воплощения. А что из представленного видения могло бы получиться, мы знаем на примере «Бурлаков на Волге».

А ещё несколько картин Репина… но здесь лучше остановиться, чтобы автор не был обвинен в субъективности и непонятно чем вызванной предвзятости, тогда как художник изображал только правду, но лучше сказать — свой образ правды в исполнении свободного от всяких догм художественного видения, и даже сам был свидетелем одной сцены, столь своеобразно и колоритно изображенной им на необъятных просторах Волги.         

Так что промышленность в своей просветительской деятельности шла рука об руку с искусством. 

Наступило время, когда Гучков добился всего, чего желал: силы и средства всех правых кругов России объединены в едином стремлении низвергнуть царя, а апофеозом победы являлось его присутствие в момент отречения главы Российской империи от престола.

Чувство мести полностью удовлетворенно, враг унижен и повержен. Гучков становится военным и морским министром Временного правительства, пришло время вести народ к победе, когда так мешавший ей царь устранен.

Но что-то пошло не по описываемым ожиданиям. Что же сделал для победы новый военный министр? Начнем с рассмотрения положения дел в главном военном органе – Ставке Верховного Главнокомандования.

Ставка с императорских времен занимала главенствующее положение в военном отношении. Ни одно лицо и учреждение в государстве не имело права давать указаний или требовать отчета от Верховного главнокомандующего. Ни одно мероприятие военного министерства не могло быть проведено без санкции Ставки. Но с началом революции обстановка резко изменилась. Ставка вопреки историческим примерам и велению военной науки стала органом, фактически подчиненным военному министру Гучкову.

Военный министр оказывал сильное давление на назначение и смещение высшего командного состава. Важнейшие военные законы, в корне изменявшие условия комплектования, жизни и службы войск, издавались министерством без всякого участия Верховного командования, которое узнавало новости об армии только из газет. Все эти обстоятельства подорвали авторитет Ставки в глазах армии. Ставка во главе с Верховным главнокомандующим Алексеевым потеряла силу и власть[1].

А дальше представим слово свидетелям событий.

Затем г. Гучков, «ходом событий, был увлечен на соглашательский путь с крайними элементами и кончилось это тем, что, увидя полную свою беспомощность и неминуемую гибель армии, как регулярной силы, он отказался от поста военного министра»[2].

Председатель Временного правительства князь Г.Е. Львов выразился о Гучкове предельно коротко: «…Милюков и Гучков, выходят из состава Временного Правительства. Что Гучков уходит, это не беда: ведь оказывается, что его в армии терпеть не могут, солдаты его просто ненавидят»[3].  

Итог деятельности военного министра привел при встрече с ним в мае 1917 г. член Чрезвычайной комиссии по делам о бывших министрах полковник С.А. Коренев: «Задерживаюсь еще на некоторое время в кабинете Гучкова (незадолго до встречи оставивший должность военного министра) и говорим о злобах дня. Гучков совершенно растерян, по его мнению, гибель России уже окончательно определилась, надеяться больше не на что. Армия развалилась, а с ней погиб и государственный аппарат, создались вчера еще совершенно немыслимые возможности, и Германия вот-вот проглотит Россию живьем. Кругом все плохо, и нет человека, который мог бы сплотить вокруг себя всех честных людей и вдохнуть сознание долга в тех, которые его утеряли»[4]. О самом Гучкове офицерство думало совершенно определенно, что оно оказалось обманутым. Свое тяжкое положение оно приписывало, главным образом, реформам военного министра, к которому «выросло враждебное чувство, подогреваемое еще более будированием сотен удаленных им генералов и ультра-монархической частью офицерства, не могшей простить Гучкову предполагаемого участия его в подготовке дворцового переворота и поездки в Псков с предложением отречения императору Николаю II»[5].

Печальная картина. Совсем немного понадобилось времени для развала армии и приведения государства к гибели. Надеялись путем переворота привести к власти ответственное министерство, поставить во главе государства человека честного и компетентного, победоносно завершить войну и привести страну к процветанию и благополучию. 

Но оказалось, что люди, совершившие переворот, не могут найти среди своего круга такого человека. Не могут по одной причине: все они по своей сути являлись людьми с коротким умом, нечистой совестью, безответственными и малодушными проходимцами. И одним из главных был Александр Иванович Гучков.


[1] А.И. Деникин. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль – сентябрь 1917 г. Репринтное воспроизведение. Москва: «Наука», 1991. С. 156-157.

[2] Из воспоминаний ген. Лукомского // Архив русской революции. Москва: «ТЕРРА» – «TERRA», 1991. Т. 2. С. 31.

[3] Временное правительство В. Набокова // Архив русской революции. Москва, «ТЕРРА» – «TERRA», 1991.  Т. 1. С. 17.

[4] Чрезвычайная Комиссия по делам о бывших Министрах полковника С.А. Коренева //  Архив русской революции. Москва: «ТЕРРА» – «TERRA», 1991. Т. 7. С. 18.

[5] А.И. Деникин. Очерки русской смуты. Крушение власти и армии. Февраль – сентябрь 1917 г. Репринтное воспроизведение. Москва: «Наука», 1991. С. 397.        


[1] Секретные заседания Совета Министров 16 июля – 2 сентября 1915 года. Тяжелые дни // Архив русской революции. Москва:  «ТЕРРА» – «TERRA», 1991. Т. 18. С. 97.

[2] Секретные заседания Совета Министров 16 июля – 2 сентября 1915 года. Тяжелые дни // Архив русской революции. Москва:  «ТЕРРА» – «TERRA», 1991. Т. 18. С. 36, 59.

последние публикации