Friday, December 9, 2022

РАССТРЕЛЯННАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ

КАРПАТСКИЕ РУСИНЫ КАК ЖЕРТВА АВСТРО-ВЕНГЕРСКОГО ГЕНОЦИДА В ПЕРВУЮ МИРОВУЮ ВОЙНУ

Массовые военные преступления Австро-Венгрии против собственного восточнославянского населения в лице русинов Галиции, Буковины и Угорской Руси, совершенные в ходе Первой мировой войны, представляют собой не только малоизвестную, но и искусственно замалчиваемую позорную страницу европейской истории ХХ века. Между тем, наряду с многострадальными сербами, трижды оказывавшимися первыми жертвами агрессии западных держав в ХХ веке – сначала Австро-Венгрии в 1914 г., затем нацистской Германии в 1941 г. и, наконец, НАТО в 1999 г. – русины стали одним из самых пострадавших от действий австро-венгерской военщины народов Европы.

Масштабы, системный характер и крайняя степень жестокости австро-венгерских военных преступлений против мирного русинского населения в Галиции и в Угорской Руси позволяют утверждать, что имел место заранее спланированный Веной геноцид части населения собственного государства. В свете совершенных Австро-Венгрией кровавых репрессий против мирного русинского населения популярный имидж Дунайской монархии как толерантного и цивилизованного европейского государства с венской оперой и вальсами Штрауса в качестве визитной карточки не вполне соответствует историческим реалиям и нуждается в существенной корректировке.

Итогом развязанного Веной кровавого террора стало физическое истребление значительной части ранее доминировавшего русофильского крыла русинского общества, считавшего карпатских и галицких русинов частью единого общерусского цивилизационного пространства от Карпат до Камчатки. По сути, австро-венгерские власти в ходе Первой мировой войны выступили в роли хладнокровного и хорошо подготовленного палача, осуществившего коллективную казнь общерусской идентичности в Галиции при деятельном участии галицких активистов местного украинского движения.

В ходе практикуемых австро-венгерской военщиной массовых расстрелов, на виселицах, в тюрьмах и в концлагерях были физически уничтожены крайние юго-западные рубежи Русского мира. На его развалинах  окончательно утвердились идейные враги галицких русофилов в лице местных украинофилов, давно и системно поддерживаемых властями Австро-Венгрии, Германии и Ватикана. После Первой мировой войны ранее в основном русофильская Восточная Галиция коренным образом поменяла свой этнокультурный облик, превратившись в бастион украинского радикального национализма, символом которого она остается и по сей день, играя зловещую роль в продолжающейся гражданской войне на территории Украины.

***

Русины Галиции и Угорской Руси, входившие к началу Первой мировой войны соответственно в австрийскую и венгерскую части Австро-Венгрии, являлись крайним юго-западным рубежом общерусской цивилизации, сохранившим, вопреки длительной полонизации и мадьяризации, этнокультурное своеобразие и осознание своего родства с остальным Русским миром. Уже первые представители нарождавшейся русинской интеллигенции и общественной мысли были убежденными сторонниками общерусского единства, считая карпатских и галицких русинов неотъемлемой частью единого русского народа от Карпат до Тихого океана. Примечательно, что именно уроженцы Карпатской и Галицкой Руси в значительной степени способствовали складыванию славянофильского направления русской общественно-политической мысли, как, например, известный историк-славист и русин по происхождению Ю. Венелин, некоторое время бывший учителем в семье Аксаковых.

Источник: https://ua-reporter.com/news/zabytyy-genocid-rusinov

Австрийские власти, панически боявшиеся угрозы сепаратизма со стороны русинов, населявших северо-восточные провинции Дунайской монархии, которые граничили с Россией, стремились любыми путями ослабить русофильские настроения среди русинского населения с помощью весьма изощренных методов этнокультурной инженерии. Со второй половины XIX века эта политика приобретает все более системный и последовательный характер, выражаясь в запретах использовать русский литературный язык в русинской прессе, в попытках заменить кириллицу латиницей, а также в стремлении реформировать используемую русинами кириллицу так, чтобы она как можно сильнее отличалась от русского литературного языка.

Однако наибольшее внимание Вена уделяла трансформации самосознания русинского населения, стремясь всеми возможными способами вытравить из него русофильские идеи и сформировать новую идентичность на антирусской основе, трактуя русинов как особый народ, цивилизационно чуждый и даже враждебный Русскому миру. Именно этим объясняется широкая поддержка австрийскими властями украинского движения в Галиции, ставшего распространяться во второй половине XIX в. Данная поддержка носила тщательно организованный и системный характер, выражаясь в обильном финансировании и административной поддержке украинофильских обществ, научных изданий, периодической печати, в реформах сферы образования и в конфессиональной области. Так, в мощное орудие украинизации русинов Галиции была превращена местная греко-католическая церковь и система образования. По существу, изощренные этнокультурные эксперименты Вены в отношении собственного русинского населения представляли собой  политику последовательного этноцида. Частично эта политика достигла своей цели – в Восточной Галиции возникло щедро подпитываемое австрийскими властями агрессивное украинское движение, которое сразу вступило в борьбу с галицкими русофилами.  

Начало Первой мировой войны сразу повлекло широкомасштабные репрессии австро-венгерских властей против галицких и угорских русинов. Репрессии проводились организованно, целенаправленно и системно, охватив как тыл, так и прифронтовые области. Жертвой репрессий стали все социальные слои русинского общества – от русинских депутатов австрийского рейхсрата и лидеров русофильского движения до рядовых крестьян, подозреваемых в прорусских настроениях.

С начала августа 1914 г. австрийскими властями были закрыты все русские общества и организации во Львове, Перемышле и в других крупных городах Галиции, а их участники подверглись репрессиям. Австрийские власти начали массовые аресты русофилов и лиц, подозреваемых в русофильстве, по доносам провокаторов-украинофилов. По словам современника тех трагических событий, «в самом начале войны австрийские власти арестуют почти всю русскую интеллигенцию Галичины и тысячи передовых крестьян по спискам, вперед заготовленным и переданным административным и военным властям украинофилами… Каинова работа своих же вызывала особый ужас и отвращение… Хватали как подозрительных всех, кого можно было заподозрить в каких-либо симпатиях к России, русской культуре – достаточно было когда-то побывать в России, быть членом читальни общества им. Качковского, читать русскую газету…».[1]

русины Австро-Венгрии. Источник: https://russian7.ru/post/kto-takie-rusiny/

Для арестованных активистов и сторонников галицко-русского движения в начале сентября 1914 г. в австрийской Штирии был создан концентрационный лагерь Талергоф, явившийся “творческим вкладом” австрийских властей в технологию борьбы с инакомыслием среди граждан собственного государства. Многочисленные воспоминания выживших узников Талергофа свидетельствуют о том, что обычной практикой концлагеря были изощренные пытки и издевательства по отношению к заключенным; санитарные условия в лагере «были ужасны… Бараки были переполнены… Вместо положенных 200 человек в них помещалось до 500… Эпидемия тифа унесла, начиная с ноября 1914 г., за два месяца, до трех тысяч жертв».[2] Показательно, что наибольшими зверствами по отношению к заключенным отличались сотрудники концлагерной администрации из числа галицких украинцев.

По подсчетам активистов русинского движения в Северной Америке, через Талергоф в общей сложности «прошло свыше 30 тысяч человек крестьян, интеллигентов и священников, число которых достигло 800. Тысячи заключенных погибли от голода, заразных болезней и побоев…». По сути, в Талергофе был ликвидирован цвет русофильской интеллигенции Галиции, а сам концлагерь вошел в историческую память галицких и угорских русинов как символ мученичества за народность и веру.[3] Помимо Талергофа представители галицко-русского движения томились и в ряде других австрийских концлагерей, включая Терезин, Куфштейн и Шпильберг.

Казнь в Телергофе. Источник: ИА РЕГНУМ

Положение мирного русинского населения в прифронтовой зоне было еще более отчаянным. Австро-венгерская администрация «фактически использовала по отношению к собственным подданным режим военной оккупации, и к тому же весьма жестокой. Казни часто были массовыми и публичными, расправы нередко проводились на месте, без какого-либо подобия суда. Иногда уничтожались целые деревни. Простое подозрение было достаточным для того основанием…».[4] В соответствии с показаниями очевидцев, «только в одном селении Камен-Броды в Галичине палачи через единственную петлю повесили 70 крестьян на глазах их матерей, жен, детей, а затем убитых докалывали штыками».[5] По подсчетам современных историков, общее число убитых в ходе австро-венгерских репрессий против русинов за все время Первой мировой войны составило не менее 150 тысяч человек.

Массовый террор и военные преступления против мирного русинского населения, осуществлявшиеся в крайне жестоких формах, позволяют говорит о том, что антирусинская политика австро-венгерских властей с началом Первой мировой войны эволюционировала от последовательного этноцида к откровенному геноциду. Ранее доминировавшая среди русинов русофильская интеллигенция, ставшая главным объектом точечного австро-венгерского геноцида, была в значительной степени физически уничтожена при деятельном участии галицких украинцев, которые после Первой мировой войны стали определять этнокультурный облик Восточной Галиции, окончательно превратившейся в «украинский Пьемонт».

Собственно, сам этноним «украинец» в качестве самоназвания местного восточнославянского населения получил широкое распространение именно после Первой мировой войны, окончательно вытеснив в Восточной Галиции, вошедшей в состав межвоенной Польши, традиционное самоназвание «русин». В отличие от Восточной Галиции, в Угорской Руси, вошедшей в 1919 г. в состав Чехословакии под названием «Подкарпатская Русь», длительное время сохранялась традиционная карпато-русская идентичность и присущая ей русофильская система ценностей, а самоназвание «украинец» было практически неизвестно большинству местного населения.

По иронии судьбы, окончательная украинизация русинов Подкарпатской Руси, начатая в 1945 г., стала результатом политики СССР в главе со Сталиным, который явился и главным архитектором современных украинских границ, включив в состав УССР Восточную Галицию со Львовом в 1939 г. и Подкарпатскую Русь в качестве Закарпатской области Украины в 1945 г.  

***

Отношение властей современной Украины к населению  Донбасса, исторической Новороссии и других русскоязычных регионов обнаруживает ряд зловещих параллелей с политикой Австро-Венгрии по отношению к русинам. Подобно политике властей Австро-Венгрии до начала Первой мировой войны, власти независимой Украины сразу после ее образования проводили по отношению к собственному русскоязычному населению юга и востока Украины политику фактического этноцида, всячески стремясь украинизировать русское население и сменить его традиционную идентичность и культурный код путем истребления идеи общности с Русским миром.

В определенной степени этот разрушительный этнокультурный проект состоялся, свидетельством чему является та часть русского и этнически неоднородного русскоязычного населения украинских мегаполисов, которая впитала человеконенавистнические идеи украинского национализма, усвоила культ Бандеры и Шухевича и в 2014 г. продемонстрировала готовность с энтузиазмом прыгать под примитивную майданную кричалку «хто не скаче, той москаль».

Вместе с тем, многолетняя политика фактической этнокультурной колонизации русского юго-востока Украины в виде агрессивной «дерусификации», проводимой Киевом и Львовом вопреки этноязыковым реалиям и элементарному здравому смыслу, готовила плодородную почву для последующего цивилизационного раскола Украины. Этот давно назревавший раскол вылился в кровавую гражданскую войну на Украине, окончательно поставив жирный крест на утопической идее формирования единой украинской политической нации, в реальность которой всерьез верили некоторые политологи-оптимисты еще несколько лет назад.     

После тщательно подготовленного западом майданного переворота на Украине в феврале 2014 г. и последовавшего отказа Донбасса подчиняться пришедшим к власти в Киеве националистическим радикалам с откровенно пронацистским душком Киев, подобно Вене в начале Первой мировой войны, от политики этноцида перешел к политике открытого геноцида в отношении населения Донбасса. Это проявилось и проявляется, прежде всего, в крайне варварских методах ведения войны, когда главным объектом ударов и карательных действий украинских войск становится гражданское население и объекты инфраструктуры, свидетельствуя о стремлении украинских властей физически уничтожить коренное население Донбасса и Новороссии или вынудить его покинуть родные места. Таким образом, официальный Киев копирует действия австро-венгерских властей, запятнавших себя массовыми военными преступлениями против мирного населения Галиции и Угорской Руси в ходе Первой мировой войны.

Впрочем, даже развязанный Веной кровавый террор против собственного населения не спас Австро-Венгрию от агонии и окончательного распада осенью 1918 г., когда это государство исчезло с политической карты Европы. Постигнет ли современную украинскую псевдодержаву бесславная участь некогда обширной Австро-Венгрии?…

ЛИТЕРАТУРА

Айрапетов О.А. Участие Российской империи в Первой мировой войне (1914-1917). Том I. Москва, 2014.

Аристов Ф.Ф. Литературное развитие Подкарпатской (Угорской) Руси. Москва, 1995.

Пашаева Н.М. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва, 2007.

Талергофский альманах. Львов, 1930.


[1] Пашаева Н.М. Очерки истории русского движения в Галичине XIX-XX вв. Москва, 2007. С. 105.

[2] Там же. С. 108.

[3] См. Талергофский альманах. Львов, 1930.

[4] Айрапетов О.А. Участие Российской империи в Первой мировой войне (1914-1917). Том I. Москва, 2014. С.97.

[5] Аристова Т.Ф. Федор Федорович Аристов и карпаторусская проблема // Аристов Ф.Ф. Литературное развитие Подкарпатской (Угорской) Руси. Москва, 1995. С. 10.

Кирилл ШЕВЧЕНКО
Кирилл ШЕВЧЕНКО
Кирилл Владимирович Шевченко - доктор исторических наук, профессор Филиала РГСУ в Минске.

последние публикации