Sunday, October 2, 2022

Пинско-Туровская епархия накануне Брестской церковной унии

Епископ Пинско-Туровский Иона Гоголь был в числе тех западнорусских владык, которые в октябре 1596 года подписали условия церковной унии. Однако не только он выражал настроения православного населения Пинско-Туровской епархии в Бресте, но и многочисленная шляхта: посол Пинского повета Дионисий Слобудский, представитель мещан Пинска Иван Васильевич Медзянка и др., составившие «коло» мирян; духовенство Пинско-Туровской епархии: архимандрит Лещинский Елисей, протопопы: Пинский Иоанн, Пинского повета Симеон, священники кафедрального собора, присутствовавшие на Православном соборе[1]. Как могло случиться, что интересы иерарха и православного населения епархии так разошлись? Ответ на этот вопрос дает анализ нравственного состояния Туровской епархии, которое ярко отражает ситуацию, постепенно складывающуюся в жизни Западнорусской Церкви на протяжении XV-XVI веков.

История Пинско-Туровской епархии этого времени века полна пробелов. Весьма запутана, например, иерархическая преемственность на этой древнейшей православной кафедре. Имеющиеся в распоряжении историков источники не позволяют воссоздать события в жизни православного населения епархии во всей ее полноте. Известно, что в 1405 г., когда митрополит Киприан обозревал юго-западные епархии, епископ Туровский Антоний, прославившейся своей деятельностью по обращению в Православие язычников-литовцев[2], был оклеветан перед Великим князем Литовским Витовтом в сношениях с татарским ханом Шади-беком. Понимая, что эти обвинения исходили, скорее всего, от католического духовенства, обеспокоенного деятельностью поборника Православия, и, не желая вносить смуту в жизнь государства, митрополит Киприан снял с Антония святительский сан и сослал его на покой в Московский Симонов монастырь[3].

В 1412 году на епископском престоле упоминается Евфимий I (Окушко, Окушкович), поставленный на Туровскую кафедру в Луцке митрополитом Фотием. В ноябре 1416 года он участвовал на Новогрудском соборе, который избрал митрополитом Великого княжества Литовского Григория Цамблака. Подпись епископа Пинского и Туровского  Евфимия под соборным постановлением стоит на восьмом (последнем) месте[4].

Еще более скудные сведения сохранились о епископе Иоакиме, имя которого встречается в 1458 году. Время его поставления и кончины неизвестны. В жизни Западнорусской Церкви это были очень сложные годы, когда Константинопольский Патриарх униат Григорий Мамма, проживавший в Риме, рукоположил на Киевскую митрополию Григория Болгарина, ученика и последователя Исидора. При нем Литовская (Киевская) митрополия отделились от Московской и перешла под омофор Вселенского Патриарха. Литовские епископы поначалу выражали свою приверженность митрополиту Московскому Ионе, который обращался к ним с посланиями и объяснял, что Григорий Мамма и Григорий Болгарин – отступники от православной веры. Однако признанный королем Польским и великим князем Литовским Казимиром IV, новый митрополит был признан и епископами литовских епархий, одними добровольно, другими в силу принуждения. Через десять лет после своего вступления на митрополичью кафедру, поняв безрезультативность попыток обращения православного населения в унию, он для умиротворения своей паствы порвал с Римом и перешел в Православие. Скончался митрополит Григорий в 1472 или 1473 году в Новогородке.  Таким образом, первая попытка ввести в Великом княжестве Литовском унию через митрополита Григория окончилась неудачей.

Начало нового века в жизни Пинско-Туровской епархии связано с деятельностью епископа Вассиана I (около 1495-1506 гг.). Известно, что епископ являлся участником Соборов, поставивших митрополита Макария в 1495 году и митрополита Иосифа в 1500 году. После кончины митрополита Макария и до избрания Иосифа он упоминается как временный «наместник на митрополии»[5]. Время епископства Вассиана ознаменовалось оживлением православной жизни в епархии. Во многом она была определена деятельностью пинского князя Феодора Ивановича Ярославича. В 1502 году князь Феодор сделал Пинскую Дмитриевскую церковь соборной и учредил при ней штат из трех священников и диакона. К храму были пристроены, несмотря на имеющееся запрещение, четыре придела, в каждый из них определены священники. Всем семи священникам соборной церкви князь назначил ежегодную денежную ругу из своих имений, отвел дворовые места в Пинске, с освобождением от земских повинностей, дал пахотные земли. Князь выделил ругу и на совершения богослужения (на просфоры, вино, ладан, свечи). В 1503 году он пожаловал Купятической церкви право рыбной ловли на реке Ясельде. В Ставке князь Феодор построил церковь Иоакима и Анны, наделил ее в 1504 году пахотными землями, сеножатями и рыбными ловлями, назначил священнику десятину ржи и ярового хлеба со своего двора и восемьдесят грошей ежегодно. Грамотой от  5 июня 1511 года кн. Феодор с княгиней Еленой подтвердили священникам Пинской Никольской церкви свои прежние земельные пожалования[6]. Известно также, что Владыка Вассиан жаловался королю, что Пинские князья Иван и Феодор Ярославичи без его ведома и благословения строят по городам и селам церкви, определяют к ним попов, судят их и освобождают от послушания епископу. Король признал жалобу справедливой. Он присудил, чтобы все церкви, построенные Ярославичами, были переданы в ведение епископа, и чтобы светские люди без воли и благословения архиерея церквей и монастырей не закладывали и в духовные дела не вступались под опасением штрафа в 3000 коп грошей литовских.

Известно и другое. Во время епископства Вассиана княжна Марья и князь Феодор притесняли горожан, требуя от них дань. Они претендовали и на владение епископа, которому «кривды чинить ти новины вводить» начали. Владыка обратился с жалобой к королю Александру. Король выдал привилей епископу, чтобы «ему и по нем будучим жадной прешкоды не чинити». В 1522 году подтвердил этот привилей по просьбе епископа Ионы[7].

Весьма скудные сведения сохранились о преемнике епископа Вассиана епископе Арсении (1509-1514 гг.). Известно только, что он был участником Виленского собора 1509 года, занимавшегося вопросами упорядочения церковной жизни в Литовской митрополии. При епископе Арсении кн. Константин Иванович Острожский подарил Туровской кафедре земли и два села: Оздамичи и Ольгомель.[8] Сохранилась грамота от 24 июня 1511 года по поводу тяжбы Владыки с неким паном Станиславом Петровичем, а также грамота от 9 апреля 1513 года (1518?), по которой князь Феодор Ярославич пожаловал Туровскому и Пинскому Владыке Вассиану (?) три с половиной  дворища в селе Нинковичи со всеми людьми, землями и угодьями. Дата на этой грамоте, вероятно, ошибочна. Сведения, содержащиеся в грамоте, следует относить, скорее всего, к епископу Арсению, который в 1514 г. присутствовал на соборе в Вильно.

Епископскую кафедру с 1514 по февраль 1522 год занимает Иона. Под 1520 годом он упомянут в записи на Нобельском четвероевангелии[9]. При епископе Ионе развертывается большая благотворительная деятельность в пользу монастырей и церквей. Так, грамотой от 14 мая 1515 года князь Феодор Иванович Ярославич подарил Феодоровской церкви три дворища в селе Купятичи, щедро одарил пожертвованиями пинские церкви: Николаевскую, Дмитриевскую, Георгиевскую, Онуфриевскую, пять церквей в местечке Нобель. Князь восстановил из пепелища здание Варваринского монастыря и основал в Нобеле мужской монастырь. В Турове князь К.И. Острожский записал в 1508 и 1513 годах на церковь Преображения Господня сад с пасекою, поля и сеножать, в 1520 г. на Успенскую и Туровскую церкви – три села с земельными угодьями, лесами и 14 озер. Этот перечень пожалований можно продолжить.[10] Любопытно, что по просьбе епископа Ионы и по ходатайству князя К.И. Острожского король Польский и великий князь Литовский Сигизмунд I Старый грамотой от 9 февраля 1522 г. подтвердил грамоту своего брата Александра, чтобы светские люди в Туровской  епархии не строили церквей и монастырей без ведома Владыки. Приведенный документ интересен фиксацией тех изменений, которые произошли в жизни Православной Церкви великого княжества Литовского. 

Уже в начале XVI в., времени, относительно благоприятном для Православия, в церковной политике государства вызревает тактика, которая в итоге привела Западнорусскую Церковь к тяжелому кризису. Король Польский и Великий князь Литовский, католик по вероисповеданию, имел над церковными учреждениями право «опеки». Православная Церковь зачастую передавалось в руки феодалов, в том числе и католиков, даже католических прелатов. В руках этих «покровителей» находилось  назначение епископов, настоятелей монастырей. Нередко они отдавали кафедры и обители людям, оказавшим им важные услуги, не заботясь о том, насколько те подготовлены к исполнению пастырских обязанностей. Опираясь на могущество своих светских покровителей, епископы часто выходили из повиновения митрополиту. Они не являлись на соборы, а священники без воли своих епископов переходили в чужие епархии и там утверждались патронами церквей. Все эти нарушения вносили расстройство во внутреннюю жизнь Православной Церкви, подтачивали ее нравственные устои и делали бессильной в противостоянии католичеству. Эти новые явления в жизни Западнорусской Церкви чрезвычайно ярко проявились во внутренней жизни Пинско-Туровской епархии уже при епископе Макарии (1522 -24 апреля 1528 гг.)[11].

Будущий святитель прибыл в Вильно из Москвы с великой княжной Еленой в качестве ее священника. Он был женат и имел детей. Овдовев, Макарий принял монашество и стал настоятелем Лещинского монастыря[12], откуда перешел на Пинско-Туровскую кафедру. После смерти епископа Луцкого и Острожского Пафнутия Владыка в 1528 году выпросил у короля овдовевшую кафедру[13]. В 1534 г. король Польский и Великий князь Литовский Сигизмунд I издал грамоту: «Бил нам челом владыка Луцкий и Острожский епископ Макарий, чтобы мы пожаловали ему хлебом духовным, митрополией Киевской и Галицкой и всея Руси… О том же говорила нам за него наша королева и великая княгиня Бона, а ходатойствовали пред нами воевода Виленский, пан наш староста Бельский и Мозырский… все князья и паны греческого закона… И мы… дали ему…митрополию Киевскую и всея Руси…»[14]. Приведенный документ интересен тем, что явственно свидетельствует о порочной практике, сложившейся в государстве в эпоху «золотого века». Известно, что еще при митрополите Григории православные епископы избирали митрополита самостоятельно, король лишь утверждал их избрание. Так был избран Иона Глезна, и король только утвердил его избрание. Король мог возвратить митрополию кому–либо по своему усмотрению, как например, Иосифу Болгариновичу, или по ходатайству православных, как была дана митрополия Ионе II по просьбе королевы Елены. Отныне епископ открыто просил у короля митрополию. За него ходатайствовали не только православные, но и католики, которых он сумел расположить, возможно, обещаниями, а, возможно, и взятками. Любопытно и другое, Владыка не стыдился скрывать свои действия. Это доказывает, что порочный обычай уже прочно вошел в обиход. Сомневаться в измене нового митрополита православию не приходится. Осведомленный униатский полемист Лев Кревза, говоря о митрополите Макарии, утверждает: «Человек простой и на глаза подслеповатый, но в схизме твердый»[15]. Только после королевского указа митрополит испросил благословение у Константинопольского Патриарха, и в апреле 1535 г. уже титуловал себя митрополитом Киевским. Скончался он в 1555 г.[16].

Епископа Макария на кафедре сменил Тихон, о времени которого сохранилась лишь грамота от 11 октября 1529 года, свидетельствующая об обмене землями между епископом Тихоном и пинским старостой Иваном Михайловичем.

С 1539 по 1540 годы на Туровской кафедре упоминается епископ Вассиан II[17]. Можно предполагать, что он происходил из белого духовенства, имел двух сыновей, Ивана и Яцка, которых королева Бона освободила от выполнения мещанских повинностей (при условии несения ими земской службы). Грамотой короля Сигизмунда I от 4 сентября 1540 г. они были пожалованы потомственным шляхетством и гербом[18]. В 1534-35 гг. епископ Вассиан подписался на присяжной грамоте епископа Макария Тучапского. Его же имя встречается в грамоте короля Сигизмунда, выданной кн. Илье Острожскому, с предписанием возвратить незаконно присвоенные церковные сборы. Дело в том, что после смерти кн. К.И. Острожского, владельца Турова, начались притеснения Турово-Пинских владык со стороны его вдовы и сына Ильи. В 1538 году Сигизмунд запретил княгине Александре присваивать доходы епископии под угрозой штрафа в 500 коп грошей. Грамотой 1539 года князю Илье говорилось, что он посягает на юрисдикцию епископа по бракоразводным делам. Из более поздних грамот видно, что княгиня лишила кафедру части ее доходов. Она забрала даже «с престола церковного» Евангелие с записями вкладов в пользу епископии[19].

В грамоте 1545 года упоминается епископ Варлаам (Василий Демьянович). До поставления во епископа он был духовником князя Феодора Ивановича. С именем Владыки связано строительство храма в селе Дубой. В 1545 году королева Бона, удовлетворила жалобу «попа Ставецкой церкви Максима и брата его Игнатия», запретив епископу сбор десятины с этой церкви[20]. Во время епископства Варлаама на территории епархии усиливается католическое влияние. В 1542 году в Пинске строится  доминиканский монастырь; францисканцы, пользуясь покровительством королевы Боны, получают жалованные грамоты на пинские угодья. Однако, несмотря на католическую экспансию, Турово-Пинское Полесье остается православным. Только в Пинске в середине XVI в. насчитывалось 16 православных церквей и только один костел.[21]

12 февраля 1549 года на Пинск-Туровскую кафедру был назначен епископ Вассиан III. Из сохранившейся и дошедшей до нас грамоты королевы Боны известно лишь, что на епископскую кафедру он перешел из Кобринско-Спасской архимандрии, и на кафедре пребывал до 1551 года.

Следующимепископомв Пинско –Туровской епархии был Макарий II (1552-1563 гг.). До посвящения во епископа он был архимандритом Лещинского монастыря. Поставление его во епископа было не совсем обычно. До епископа Макария право подавания архиерейских кафедр принадлежало королю. Теперь впервые, по крайне мере, по отношению к Турово-Пинской кафедре, это право приняла королева Бона. 7 мая 1552 года Бона издала грамоту, в которой, называя владычество Туровское и Пинское своим подаванием и ссылаясь на свидетельство пинского старосты об архимандрите Макарии как о человеке достойном, объявила, что дает ему «держать» это владычество «до живота его». В 1558 году находившийся при митрополите викарный епископ Макарий (Евлашевский) выпросил Пинско-Туровскую кафедру себе. Король по ходатайству всесильного виленского воеводы Радзивилла и новогрудского воеводы Ивана Горностая 22 апреля 1558 года выдал просителю грамоту, которой предоставил ему право занять кафедру Пинско-Туровскую после смерти Макария[22]. В некоторых списках Турово-Пинских иерархов значится епископ Макарий III (Евлашевский). Грамотой от 24 мая 1574 года он изменил штат Погостской церкви. К сожалению, проверить эти сведения весьма трудно.

Таким образом, раздача архиерейских кафедр королем стала делом обычным, а это, в свою очередь, предопределяло безнравственность поступков тех, кому эти кафедры доставались. Подобные пастыри были не подготовлены к исполнению своих обязанностей, да и, зачастую, не хотели их исполнять, видя в своем сане лишь источник обогащения. Примером могут служить митрополиты Киевские: Сильвестр Белькевич (1556-1567 гг.), Илья Куча (1576-1579 гг.), Онисифор Девоча (1579-1589 гг.).

Не было исключением из установившегося правила и назначение на епископскую кафедру в 1566 году Ионы II (Протасевича – Островского), хотя на Туровской кафедре, а потом и на Киевской митрополии, он проявил себя как ревностный и заботливый первосвятитель. До поставления во епископа Иона был женат и имел сына, служившего секретарем у Стефана Батория. Известно, что 23 декабря 1566 года Владыка выдал Погостской церкви грамоту об утверждении при ней штата из двух священников. В 1568 году Иона был избран митрополитом Киевским, хотя неизвестно на каком основании[23]. Известно, что в июне 1568 года, на сейме в Гродно, он подал королю прошение о правах и нуждах Православной Церкви. В числе его просьб было ходатайство, чтобы духовные достоинства не давались светским людям. Король признал эту жалобу справедливой. В начале 1577 года митрополит Иона умер[24].

В 1568 году Туровскую епархию  от короля Сигизмунда II Августа получил волынский шляхтич Андрей Русин-Берестецкий. Он правил ею, оставаясь мирянином и нося титул нареченного Владыки Пинского и Туровского[25]. Умер около 1576 года, так и не приняв сан.

Преемником епископа Андрея на кафедру Пинской епархии стал Кирилл Терлецкий–один из главных инициаторов унии. 8 июля 1576 года он был избран не королем, а панами рады, которые и выдали Кириллу грамоту на Турово – Пинскую епископию. Это произошло, вероятно, в межкоролевье после бегства из Польши короля Генриха Валуа. Король Стефан Баторий подтвердил его избрание. В 1578 году Кирилл жаловался королю, что владельцы некоторых имений в епархии судят духовенство, пренебрегая запретом короля. Король дал подтвердительный универсал к землевладельцам Пинской епархии, чтобы они не вмешивались в духовные справы и суды и не стесняли законных прав Туровского владыки[26].

Родился Кирилл Терлецкий на пинщине, в имении Высокое-Почапово. Шляхтич и сын богатых родителей, он не предназначал себя для деятельности на духовном поприще. Это был образованный, ловкий, деятельный человек. «Кирилл лукав, аки бес», – отзывались о нем современники. Лишь вдовство навело его на мысль о принятии сана. Кирилл стал протопопом Свято-Дмитриевской церкви в Пинске.[27]. Будучи епископом, Терлецкий заботился исключительно о личном обогащении, о расширении своих владельческих прав, вел постоянные судебные тяжбы, предпринимал вооруженные «наезды» на поместья своих противников, разорял села, лично предводительствуя своими гайдуками. Вел жизнь не духовного лица, а богатого магната, навлекая на себя обвинения  в целом ряде тягчайших преступлений. Константинопольский патриарх Иеремия, прибыв в 1589 году в Киев, подверг его осуждению, но хитрый и ловкий Кирилл успел оправдаться перед патриархом настолько, что последний опрометчиво назначил его своим экзархом. Еще в конце XIX в., на границе имений Высокое и Почапово, в поле виднелась могила. Крестьяне старались обходить ее стороной. На надгробном камне была сделана надпись: «…преставися раб Божий Кирилл Семенович Терлецкий… положен зде лета Божия… месяца мая…». Вблизи могилы находился упраздненный католический монастырь.

В 1585 году Кирилл получил Луцкую кафедру, а в Пинск был переведен епископ Холмский и Белзский Леонтий Зиновьвич Пелчицкий (в миру Левко-Зенкович). По поводу этого перемещения 8 июля 1585 года король издал три грамоты, объясняющие весь ход назначения и вступления тогдашних архиереев на епархии. В первой грамоте он объяснил, что Пелчицкий с молодых лет оказывал «добрые, верные и цнотливые заслуги» королями за это, а также по ходатайству некоторых магнатов ему дана Турово-Пинская епископия. Второй грамотой король приказал шляхтичу Сарницкому отправиться в Пинск, чтобы «увязать» назначение епископа, передать ему храмы и имения архиерейской кафедры. В третьей грамоте король приказал верующим признать Пелчицкого за своего владыку, оказать тему честь и послушание. Под королевской защитой Пелчицкий оставался семейным человеком. В 1588 году он приобрел у Лещинского архимандрита Афанасия Терлецкого право на монастырь, что и было утверждено королем Сигизмундом III[28]. Пелчицкий не пользовался авторитетом у православного населения. Это был щеголь, занятый собой, любящий пышную жизнь. Нечаянно вывалившись из коляски, он сломал шею и умер в 1595 году. Его похоронили в Лещинском монастыре[29]. Именно эти, презираемые народом высшие иерархи и их светские покровители и стали инициаторами церковной унии. Уже при Леонтии Пелчицком начались, несмотря на противодействие архимандрита Елисея и протопопа Свято-Дмитриевской церкви Феодора, захваты православных монастырей и храмов епархии. «У меня, писал автор «Воспоминаний о древнем Православии в Западной Руси», – под рукой целая груда протестов от времени Леонтия…до закрытия Пинско-Туровской епархии. Читая эти протесты, невольно спрашиваешь: неужели иезуиты-христиане все это творили с православными? Да, тяжело все это теперь читать; как же это тяжело было терпеть?»[30] . В 1596 году территория Пинско-Туровской епархии была охвачена восстанием казаков под руководством Северина Наливайко. Имение Терлецкого казаки разграбили, а ризницу Пелчицкого отдали православным священникам[31].

Известно, что в марте 1596 г. Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий возвратились из Рима. Летом того же года духовенство Пинско-Туровской епархии во главе с архимандритом Елисеем Плетенецким подало в пинский замок бумагу. В ней говорилось, что духовенство, «узнав о барзо шкодливых» делах иерархии, единодушно решило не отступать от древнего благочестия и не признавать отступников за добрых пастырей»[32]. Тем не менее, 6 октября 1596 г. состоялись Брестские соборы – униатский, поддержанный королем, и православный, им не признанный. В деяниях православного собора, возглавляемого экзархом Никифором, принимали участие посланцы Пинско-Туровской епархии, в работе униатского – епископ. Так Пинско – Туровская кафедра с первых дней насаждения унии оказалась униатской. Во главе православного населения древнейшей православной епархии стал униат Иона Гоголь (в миру Иван Богушевич). Не потому, что ее население желало этого, а потому, что власти Речи Посполитой на протяжении более двух веков искусственно создавали ситуацию, позволившую сформировать такую православную иерархию, которую не волновала судьба Церкви и ее паствы. Таким образом, церковную унию вызвали не имманентно присущие  православному миру пороки, как это утверждают и современные апологетики униатской церкви[33], а вполне продуманные действия властей Речи Посполитой.


[1] Жукович П.Н. Сеймовая борьба православного западнорусского дворянства с церковной унией (до 1609 г.) – Спб., 1901. С.225–226.

[2] Папков А. Братства: Очерк истории западно-русских православных братств.- Свято-Троицкая лавра. 1900. С.XXII.

[3] Татищев В.Н. История Российская. Том четвертый. – М.-Л.,1962. Сс. 419-420. Сравни: Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. третья. – М ., 1995. С. 218.

[4] Акты, относящиеся к истории Западной России.– Спб.,1846-1853. Т. 5. №24. Ср.: Макарий (Булгаков), митр., Там же. Сс. 62-63.

[5] Виленский археографический сборник. 6. №4. С.9. Ср.: Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 5.С 384.

[6] Там же . С 85.

[7] Віктар (а.Васіль) Касьцюк . Очерки по истории Православия в Пинском Полесье (X-XVIII вв.) // Запіскі культурна-гістарычнай Калегіі імя Канстанціна Асторожскага.– ААТ “Брэсцкая друкарня” 2002. С. 64.

[8] Николай ,арх. Историко-статистическое описание Минской епархии. – Спб., 1864. С.53.

[9] Добрянский Ф. Описание рукописей Виленской публичной библиотеки, церковнославянских и русских.- Вильно, 18882. С.47.

[10] Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн.5.С.119,123.

[11] Чистович И. К истории Западно-Русской Церкви. – Спб. 1884. Ч 1.С.159.

[12] Николай, арх. Историко-статистическое описание Минской епархии. Спб., 1864. С.53. 

[13] Там же.

[14] Афанасий (Мартос), архиепископ. Беларусь в государственной и церковной истории.- Мн. 2000. С. 126.

[15] Кревза Л.Оборона церковного единства (унии) /  РИБ. Т. 4.Стб., 237;  Ср.: Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 5. М., 1996. С.140.

[16] Афанасий (Мартос), архиеп.  С 127.

[17] Николай, арх. Историко-статистическое описание и Минской епархии. – Спб., 1864.С 53.

[18] Там же.

[19] Виктор (о.Василий) Костюк. Указ соч. С.67.

[20] Там же.

[21] Список и история православных храмов Пинска приведены о. Василием Костюком. См.: Виктор (о. Василий) Костюк. Указ соч. Сс.67-69.

[22] Макарий (Булгаков) , митр. История Русской Церкви. Кн. 5. С.191.

[23] Там же. С.198.

[24] Афанасий (Мартос), архиепископ. Указ соч. С. 128.

[25] Там же. С.146.

[26] Археографический сборник.документов, относящихся  к истории Северо-Западной Руси – Вильно, 1867–1870. Т.6. № 124. С. 285.

[27] Миловидов А. О положении Православия и русской народности // Чтения в обществе любителей духовного просвещения. 1894. №4.С. 385-386.Ср.: Левицкий О. Южно-русские архиереи XVI-XVII в. // Киевская Старина.1882. №. I.

[28] Архив Юго-западной России. Ч.I. Т.I.– Киев, 1863. С. 165. Ср.: Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 5. Сс. 251-252.

[29] Віктар (а.Васіль) Касьцюк . Указ соч. С.73.

[30] Воспоминания о древнем Православии в Западной Руси.– Спб., 1864. Сс. 43-44.

[31] Віктар (а.Васіль) Касьцюк . Указ соч. С.73.

[32] Миловидов А.О. О положении Православия… . С. 389, 390.

[33] Морозова С.В. Уніяцкая царква ў этнакультурным развіцці Беларусі (1596–1839 гады) – Гродна. 2001.

Валентина ТЕПЛОВА
Валентина ТЕПЛОВА
Валентина Анатольевна Теплова - к.и.н., доцент. Заведующая кафедрой церковной истории и церковно-практических дисциплин Минской духовной академии, доцент исторического факультета Белгосуниверситета, член Синодальной исторической комиссии БПЦ.

последние публикации