Thursday, December 1, 2022

ОТ МАРИОНЕТОК ГИТЛЕРА К БЕЛОРУССКИМ ПАРТИЗАНАМ

СЛОВАЦКАЯ ОХРАННАЯ ДИВИЗИЯ В ОККУПИРОВАННОМ СССР В 1942-1943 гг.

Агрессия нацистской Германии против СССР 22 июня 1941 г. и начало Великой Отечественной войны вызвали волну солидарности с Советским Союзом и надежды на освобождение со стороны порабощённых нацистами народов. Особые надежды на СССР и Красную Армию возлагали оккупированные Германией славянские народы, которым грозило полное уничтожение со стороны гитлеровского рейха. Среди многочисленных сателлитов Германии, участвовавших в агрессии против СССР, оказалось и марионеточное словацкое государство, созданное по инициативе Берлина в марте 1939 г. после окончательной ликвидации Чехословакии. Уже в июле 1941 г. словацкие подразделения были брошены прогерманским руководством Словакии на советско-германский фронт для поддержки германской армии. Однако уже в ходе первого столкновения словацких солдат с Красной Армией 21 июля 1941 г. у села Липовцы на территории Центральной Украины проявилось нежелание словаков воевать против СССР на стороне немцев. Воспользовавшись возникшей в ходе боя паникой, «небольшая группа солдат с криками «братья русские, не стреляйте, мы свои», перешла на сторону Красной Армии». Уже в это время часто имело место невыполнение приказов и бойкот распоряжений начальства со стороны значительной части солдат. Военнослужащий словацкой армии Цырил Мурин был в это время осужден военным судом за то, что в присутствии большого количества солдат он прямо заявил о том, что «против русских славян» он воевать не будет. 

Война против СССР с самого начала негативно воспринималась значительной частью словацких военнослужащих, которые были критически настроены в отношении гитлеровской Германии, одновременно разделяя традиционно широко распространённые среди словацкого общества идеи славянской взаимности. 

Пребывание на советско-германском фронте и часто шокирующий для словаков опыт знакомства с поведением германских войск на оккупированной территории, а также контакты с местным населением оказали колоссальное влияние на умонастроения словацких солдат и офицеров, усилив среди них антифашистские настроения и способствовав в дальнейшем переходу многих из них на сторону советских партизан. Наиболее ярко подобная эволюция проявилась у военнослужащих словацкой Охранной дивизии, с весны 1942 г. находившейся на территории Южной Беларуси и Северной Украины для охраны военных объектов и коммуникаций в данной области.  

***

Уже с первых дней своего пребывания на оккупированной немцами советской территории словацкие солдаты были шокированы массовыми зверствами немецких войск в отношении мирного населения. Так, осенью 1941 г. словацкие военнослужащие у г. Белая Церковь на Украине стали свидетелями кровавой «работы» спецподразделений СС, которые «сотнями расстреливали мирных жителей перед рвами, которые они сами должны были заранее выкопать». Возмущение словаков вызывали отвратительные сцены насильственного угона населения Украины и Беларуси на работу в Германию, когда людей, включая несовершеннолетних подростков, немецкие солдаты прикладами загоняли в вагоны для перевозки скота. 

Весной и летом 1942 г. словаки стали свидетелями массированной карательной акции германских войск и полицейских формирований против партизан белорусского Полесья, когда был сожжен целый ряд деревень и зверски убиты сотни мирных жителей. Так, в начале июня 1942 г. немецкими солдатами и полицаями была полностью уничтожена деревня Кузьмичи Ельского района. Необходимость действовать против партизан вместе с немцами вызывали отторжение и негодование у значительной части словацких военнослужащих, которые стремились саботировать приказы командования. По словам словацкого историка и свидетеля описываемых событий С. Фалтяна, «словацкие солдаты были ошеломлены зверствами гитлеровских войск… Среди них росла ненависть как к гитлеровцам, так и к словацким фашистам. Против Германии была настроена и значительная часть словацкого офицерского корпуса». Пребывание в позорной роли пособников гитлеровской армии постепенно становилось неприемлемым для всё большего количества словацких военнослужащих. 

После дислокации подразделений словацкой Охранной дивизии в районе Мозырского Полесья весной и летом 1942 г. быстро установились доверительные отношения между местным населением и словацкими военнослужащими. Дружеские контакты и откровенное общение словацких солдат с советскими людьми порождало сочувствие и стремление им помочь; одновременно словацкие солдаты были впечатлены патриотизмом и стойкостью местного населения, которое имело тесные связи с партизанами. Все это «оказывало колоссальное воспитательное влияние, способствовавшее росту антифашистских настроений и чувства славянского родства у словаков». Первоначально словацкие солдаты старались оказывать материальную и медицинскую помощь местному населению, стремясь по мере возможности охранять его перед насилиями немецких войск и полицаев и угрозой угона в Германию. Так, начальник штаба 101 пехотного полка Ян Налепка и врач-офицер данного полка доктор Коллар раздавали местному населению в районе Мозыря, Калинковичей и Ельска необходимые медикаменты, а также соль и сахар, бывшие в то время дефицитом. Имела место и все более частая передача словаками оружия и боеприпасов партизанам.

Контакты с местным населением органично привели к установлению связей с местными партизанами, которые стали получать от ряда словацких солдат и офицеров ценные сведения военного характера и вооружение. В ряде случаев между партизанами и словацкими гарнизонами заключались устные соглашения о взаимодействии. Имели место эпизодические совместные военные действия словаков с белорусскими партизанами против немецких войск. Так, в ноябре 1942 г. партизаны при активном содействии словацких военнослужащих сумели взорвать стратегически важный 130-метровый мост через реку Птичь; при этом словаки заранее передали партизанам план охраны моста, а в ходе боя словацкий гарнизон в Петрикове поддержал действия партизан, открыв артиллерийский огонь по немецкой охране моста.

Осенью 1942 г. начался переход словацких солдат и офицеров на сторону партизан. Первые коллективные переходы словацких солдат и офицеров на сторону советских партизан начались уже в сентябре 1942 г. Только во второй половине 1942 – начале 1943 гг. на сторону белорусских и украинских партизан перешло более 800 солдат и офицеров словацкой Охранной дивизии, образовавших словацкие подразделения в рядах советских партизанских отрядов. Командовавший словацким подразделением в составе партизанского соединения А.Н. Сабурова капитан словацкой армии Ян Налепка, перешедший на сторону советских партизан в мае 1943 г., уже в июне и в июле 1943 г. успешно командовал боевыми действиями своего подразделения на территории украинского и белорусского Полесья. В мае 1943 г. на митинге в селе Чапаевка Ельского района Ян Налепка от имени чехословацкого народа дал клятву на верность и дружбу с советским народом. Капитан Ян Налепка героически погиб в бою с немецкими оккупантами за освобождение украинского Овруча в ноябре 1943 г., став одним из первых иностранцев, удостоенных звания Героя Советского Союза. В мае 1943 г. военнослужащий словацкой Охранной дивизии Мартин Корбель пытался угнать к партизанам танк, однако застрявший в болотистой местности танк пришлось оставить; Корбелю пришлось уйти к партизанам без столь ценного трофея. Переходы словацких солдат на сторону партизан продолжились и после передислокации частей Охранной дивизии в Минскую область в июне 1943 г. Среди бойцов действовавшей на территории Минской области партизанской бригады «Дядя Коля» было 37 словаков; в партизанской бригаде «Фрунзе» служило 40 словаков; в отряде «Победитель» – 27. Словаки также воевали в составе партизанских бригад «Минск 1», «Железняк», «Белая Русь», «Смерть фашизму», «Разгром» и ряде других. Большой резонанс имел переход на сторону белорусских партизан словацкого взвода солдат-самокатчиков в районе Смолевич в августе 1943 г. Опасаясь полного разложения Охранной дивизии, немецкое командование было вынуждено в октябре 1943 г. передислоцировать её в Северную Италию. В июле 1944 г. во время знаменитого партизанского парада в Минске среди принимавших участие в параде белорусских партизан находились и десятки словацких воинов-антифашистов.     

Сами реалии войны быстро превращали солдат и офицеров словацкой армии из сателлитов нацистской Германии в активных антифашистов, понимавших, что только СССР и Красная Армия способны освободить славянские народы от неизбежной гибели в застенках нацистского рейха. Большинство словаков «видело в Советском Союзе надёжного союзника, испытывая к нему традиционные симпатии, основанные на чувстве славянской общности. Вера в победу СССР стала движущей силой движения Сопротивления, которое активно развивалось уже в 1941 году».

Таким образом, Великая Отечественная война народов СССР против германской агрессии быстро стала и войной других порабощенных нацистами народов за своё освобождение. «Антифашистское движение в Словакии находилось под колоссальным влиянием героической борьбы советского народа против гитлеровских оккупантов, которую словацкие солдаты видели собственными глазами прямо на фронте, – писал словацкий историк и очевидец описываемых событий С. Фалтян. – С одной стороны, солдаты видели зверства фашистов, их террор и массовые убийства на оккупированных территориях, с другой стороны, они стали прямыми свидетелями героического сопротивления советских патриотов, жертвенности советских граждан, подпольщиков, партизан и военнослужащих советской армии. Всё это сыграло исключительную роль в развитии антифашистского движения в словацкой армии и в целом в Словакии».

Ценный боевой опыт, полученный в партизанских отрядах Беларуси, словацкие воины-антифашисты использовали и во время своей службы в чехословацком армейском корпусе генерала Людвика Свободы, и в ходе Словацкого национального восстания осенью 1944 г., в котором участвовали многие словаки – участники белорусского партизанского движения.

В одной из антифашистских листовок, распространявшихся среди солдат словацкой армии в октябре 1941 г., говорилось: «Да здравствует СССР и Красная Армия – защитница малых народов и могила фашизма». Поручик словацкой армии П. Гайдош, перешедший на сторону Красной Армии ещё летом 1942 г., в своём обращении к словацким солдатам в июле 1942 г. писал: «Я добровольно перешёл на сторону Красной Армии, потому что не хотел воевать с русскими… Войну против Советской России считаю преступлением… Наш словацкий народ всегда с любовью и надеждой смотрел на русский народ… Русские воюют за освобождение всех славянских народов…».

Впоследствии, уже после окончания Второй мировой войны и освобождения Чехословакии, бывшие белорусские партизаны-словаки, осмысливая свой жизненный опыт, чрезвычайно высоко оценивали роль белорусских партизан и населения Беларуси в целом в своей духовном развитии. Бывший партизан Полесской партизанской бригады № 125 Ян Микула, уроженец словацкого города Тренчин, писал: «Мы были первыми партизанами, которые оставили в 1942 г. словацкую армию и перешли в лес, в советские партизанские отряды для совместной борьбы с фашистами. Мы вместе боролись за освобождение советской земли от гитлеровцев, одновременно и за освобождение чехословацкой земли… Мы очень благодарны за прием и организацию партизанских отрядов. Мы многому от вас научились, гордимся правом называться вашими учениками».

Бывший белорусский партизан Микулаш Ревилак, впоследствии подполковник чехословацкой армии, оставил следующие проникновенные строки: «7 мая 1963 года исполнилось 20 лет, как я перешел к полесским партизанам… Партизанское братство никогда не забуду. Вообще о белорусском народе я сохранил самые лучшие воспоминания. Никогда не забуду всех, кто принял нас как братьев, с кем мы делили радости и печали, неудачи и успехи в борьбе против общего врага. Братская дружба белорусов и словаков, выкованная в партизанских боях против фашистских захватчиков, останется нерушима навеки».  

Кирилл ШЕВЧЕНКО
Кирилл ШЕВЧЕНКО
Кирилл Владимирович Шевченко - доктор исторических наук, профессор Филиала РГСУ в Минске.

последние публикации